Беседуем с главным дизайнером Renault про эпоху кроссоверов и шоу-кар Arkana
389
02 сентября 2018 в 8:00
Автор: Денис Логунович. Фото: Renault, архив, arendauto.nl, CAR Magazine
Беседуем с главным дизайнером Renault про эпоху кроссоверов и шоу-кар Arkana

Кроссовер Renault Arkana стал, пожалуй, самой яркой новинкой Московского автосалона. Да, по хайпу и реакции в социальных сетях этот купеобразный SUV не дотянулся до Aurus или Lada 4×4 Vision, но у простых смертных именно эта французская модель вызвала наибольший интерес. Официально объявлено, что это предсерийный автомобиль, а значит, вскоре мы с вами сможем купить нечто подобное у дилера. К тому же это не просто Kaptur с закошенными задними стойками, а абсолютно новая модель с доработанной платформой и другой моторной гаммой (будет даже бензиновый турбодвигатель). Корреспондент Onliner.by пообщался на тему последних новинок Renault с главным дизайнером компании Лоренсом ван ден Акером.

Кто это такой?

Для тех, кто хоть мало-мальски следит за автомобильными новостями, Лоренс ван ден Акер в представлении не нуждается. Но если вдруг вы из той категории людей, которые особо не вникают в мир легковых авто, вкратце расскажем, что это за человек. Лоренс родился в Нидерландах в 1965 году. Карьеру автомобильного дизайнера начал в 1990-м и сразу попал в команду, работающую над суперкаром Bugatti EB110. Позже он работал в Audi, Ford и Mazda. К слову, именно Лоренс ван ден Акер создал экстерьер хорошо известного у нас Ford Escape первого поколения (2001—2007 год). В 2009-м голландец был приглашен в штат Renault, чтобы помочь французскому бренду найти свой стиль. Если помните, в прошлом десятилетии компанию Renault хорошенько мотало туда-сюда в плане дизайна. Сейчас же все утихомирилось, и производитель обрел свой весьма привлекательный фирменный дизайн. За эти заслуги в 2016 году Лоренс ван ден Акер получил звание «Дизайнер года».


— Сегодня вы представили публике свою последнюю работу — шоу-кар Renault Arkana. Читатели сайта, где я работаю, очень тепло приняли новинку. Чтоб вы знали, такое случается далеко не с каждой моделью Renault для рынка России. Отсюда у меня вопрос: где проходила работа над дизайном этого кроссовера? В России или в центральном офисе Renault во Франции? 

— Идея создания такой модели родилась здесь — в России. Специалисты местного офиса Renault долго изучали рынок и пришли к выводу, что подобная модель хорошо зайдет в регионе. Но дизайн Arkana полностью разрабатывался во Франции. Дело в том, что Renault не имеет отдельной дизайн-студии в России, поэтому модели для данного региона приобретают свою внешность в центральном офисе. При этом отмечу, что у нас очень интернациональная команда дизайнеров. Есть ребята из России. Кстати, в нашей второй студии — в Бухаресте — есть дизайнеры и из Беларуси.

Лоренс ван ден Акер во время презентации нового Renault Arkana в Москве. Как обычно, дизайнер выбрал кроссовки под цвет машины

— Еще несколько лет назад российская линейка Renault фактически дублировала модельный ряд Dacia. Сегодня Renault Russia имеет уникальный набор моделей и все больше дистанцируется от румынской компании. Означает ли это, что в дальнейшем тенденция продолжится, российское подразделение Renault будет развиваться независимо и получит линейку моделей, отличающуюся и от Dacia, и от европейского Renault? 

— Да, вы абсолютно правы. Россия — это отдельный рынок со своим клиентом. У людей здесь свои вкусы и предпочтения, поэтому мы не можем просто продублировать линейку Dacia и ждать успеха. Сейчас нашей целью является создание уникального модельного ряда для Renault Russia. Первой моделью, созданной специально для этого региона, был кроссовер Kaptur. Уже сегодня мы можем сказать, что это очень удачная модель и отличный опыт для нас. Kaptur не просто принес нам новых клиентов на рынке Таможенного союза, но и повысил статус бренда Renault во всем регионе. В ближайшие годы мы будем работать над тем, чтобы увеличить престижность нашей компании в России, Беларуси и Казахстане. Мы не хотим, чтобы люди воспринимали здесь Renault как европейцы воспринимают Dacia, а это значит, мы будем расширять модельный ряд за счет более дорогих и статусных автомобилей. Таких как Arkana.

— Но ведь Renault отлично себя чувствует и в сегменте бюджетных моделей. Зачем менять стратегию? 

— Российский бренд Lada — это часть концерна Renault, и сейчас «АвтоВАЗ» активно расширяет свою линейку, предлагая рынку отличные машины бюджетного класса. Если мы не повысим планку Renault, мы попросту получим каннибализм внутри концерна. Уже сегодня Vesta конкурирует с Logan, а это противоречит глобальной стратегии Renault. Нам крайне важно развести бренды в разные стороны, поэтому модельная линейка Renault в России вскоре станет более статусной и привлекательной не только для людей, выбирающих бюджетные автомобили. Выразительный дизайн новых моделей — один из инструментов в достижении этой цели.

— Хорошо. Но почему вы не хотите вывести на российский рынок европейские модели Renault? Например, Kadjar. Он как раз справился бы с задачей занять пустующую нишу между Kaptur и Koleos. Есть еще Megane, Clio, Twingo. Эти автомобили точно повысили бы восприятие бренда Renault и дистанцировали бы его от Lada. Зачем изобретать новые модели, если можно просто локализовать уже выпускающиеся в ЕС? 

— Нам нужно не просто выставить более дорогую линейку Renault в шоу-румы. Нам нужно, чтобы эту линейку еще и хорошо покупали. А это в современных российских реалиях невозможно без локализации производства. Сейчас у вас в голове наверняка крутится мысль о Koleos, который мы импортируем в Россию и Беларусь, а не производим на территории ТС. Но это флагманский кроссовер D-класса. Можно сказать, имиджевая модель. Сделать аналогичный трюк с Kadjar мы не сможем. Без производства в России эту модель «сожрут» конкуренты. А наладить выпуск «Каджара» в РФ у нас нет возможности из-за другой платформы. Проще создать Arkana и уже на этапе разработки учесть все нюансы для того, чтобы машину без проблем поставить на конвейер московского завода Renault. Что касается Megane, Clio и Twingo, эти модели не имеют целевой аудитории у вас. Да, они значительно увеличат престижность бренда Renault на фоне Lada, но покупать их никто не будет. Поэтому вывод этих моделей на рынок России противоречит нашей бизнес-модели.

Renault Kadjar занимает в европейской линейке место между Captur и Koleos. У нас эту роль выполнит Arkana

— Современные модели Renault имеют привлекательный и сбалансированный внешний вид. Но автомобили очень схожи между собой. В начале прошлого десятилетия, когда в Renault работал ваш предшественник, Патрик Ле Кеман, на свет появились такие смелые модели, как Avantime и Vel Satis. Почему вы не предлагаете таких неординарных и ярких проектов для Renault? 

— Знаете, чем отличается дизайнер от художника? Художник может себе позволить рисовать для себя, даже если это никому не нравится. Дизайнер же обязан делать продукт привлекательным для широких масс. Конечно, я бы хотел экспериментировать и выпускать яркие, выделяющиеся из толпы модели, но сегодня в автомобильном мире нет места для художников. Я должен быть дизайнером. И Avantime и Vel Satis были коммерчески неуспешными моделями, и Renault в те годы переживала не лучшие времена. Сегодня мы не имеем ресурсов на подобные проекты — у нас есть задача выпускать стильные и популярные автомобили. Как говорят у нас в офисе, самая красивая линия в дизайне автомобиля — это линия роста продаж.

— До вашего прихода в Renault компания никак не могла определиться со своим фирменным стилем. Например, каждое новое поколение Megane кардинально отличалось от предшественника и от других моделей Renault. Вы же привнесли в бренд более стабильный корпоративный стиль. Можно ли сказать, что отныне модели Renault будут обновляться более «плавно», без резких скачков в дизайне? 

— За минувшие 9 лет Renault обрела свою идентификацию. У автомобилей бренда появилась душа и, что самое главное, появился общий дизайн. В начале 2000-х люди не воспринимали целостность марки Renault. Люди видели отдельно Megane, отдельно Twingo, отдельно Laguna. Но они не видели в этих машинах Renault. Сегодня же мы смогли вернуть компании единство и сплоченность модельных линеек. Не важно, Twingo это, Talisman или Espace, — вы узнаете в нем члена большой семьи Renault. И пока я работаю в штате компании, никаких резких скачков в стилистике не будет. Статистика продаж показывает, что моя команда дизайнеров делает свою работу правильно.

— То есть вы думаете, что при выборе машины люди в первую очередь смотрят на дизайн? 

— Некоторые ошибочно думают, что клиенты выбирают машины в первую очередь по цене. Это не так. Ни в Европе, ни у вас. В первую очередь люди смотрят на дизайн. Какой бы дешевой машина ни была, если она не нравится внешне, ее не станут покупать. На втором месте идет лояльность бренда. Логотип на решетке радиатора важен, как ни крути. И только потом люди более подробно изучают прайс-лист.

— Вернемся к сегодняшней новинке — Renault Arkana. Почему кросс-купе? Это, мягко говоря, необычный подход в непремиальном сегменте С-SUV. 

— Вот видите! А вы говорите, мы перестали экспериментировать с дизайном (смеется. — Прим. Onliner.by). Несколько лет назад мы стали активно расширять линейку SUV, поддавшись общемировому тренду. За пять-шесть лет мы выпустили целое семейство новых кроссоверов. У нас есть B-SUV, C-SUV, D-SUV. Но спрос на вседорожники продолжает расти, и мы решили попробовать представить рынку нечто уникальное. Arkana относится к подклассу С-SUV, но он не будет прямым конкурентом Nissan Qashqai, как в случае с Renault Kadjar. Это будет более яркая и эмоциональная модель. Да, это своего рода эксперимент, если хотите, назовите это поиском новых сегментов. Но, судя по первой реакции публики на модель, она получит свой успех на рынке.

— Купеобразные кроссоверы воспринимаются многими как нечто премиальное. Наши читатели уже сравнивают Arkana с BMW X4, X6 или даже с Mercedes GLE Coupe. Что скажете на это? 

— Не вижу ничего плохого в таком сравнении. Если мы сможем дать людям ощущение премиальной машины за гораздо более низкую цену — это здорово. Конечно, мы не срисовывали BMW или Mercedes. Arkana имеет уникальный дизайн, и ни с одного ракурса его не перепутаешь с любой другой моделью. Но кузов купе-кроссовер действительно делает машину более дорогой внешне. Этого эффекта мы и добивались.

— Не кажется ли вам, что из-за обилия кроссоверов модельные ряды производителей стали слишком однообразными? Я имею в виду не только Renault. 

— Полностью согласен с вами. С одной стороны, большое количество SUV позволило значительно расшириться автомобильному рынку за счет новых сегментов. С другой стороны, сегодня порой трудно отличить одну модель от другой. Предложения автопроизводителей очень схожи между собой, и клиенты порой не знают, к какому дилеру пойти за новой машиной. Но тенденцию диктуют непосредственно сами клиенты. Мы, автопроизводители, лишь выпускаем то, что требует рынок.

— Высокий спрос на кроссоверы уже похоронил модель Renault Espace в том виде, в котором она задумывалась 34 года назад. Есть ли шансы, что очередной SUV Renault поставит точку на такой модели, как Scenic? 

— Вероятность того, что нынешний Scenic — последний в истории, есть. По крайней мере, оставаться компактвэном ему сейчас крайне сложно. Я знаю, что у вас не продается Scenic, но вы, как журналист, скорее всего, видели его на европейских выставках. Это потрясающий, красивый автомобиль. Для того чтобы повысить его внешнюю привлекательность, мы уже в базовой комплектации предлагаем 21-е диски. Но спрос на Scenic продолжает падать. Сегодня покупателю нужен SUV. В такую вот эпоху мы с вами живем. Эпоха кроссоверов.

Автомобили Renault на «Автобарахолке» Onliner.by

Auto.Onliner теперь в Telegram! Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!. 

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: Денис Логунович. Фото: Renault, архив, arendauto.nl, CAR Magazine