— Не переживайте, я в порядке. Где присядем? — с улыбкой спрашивает он. — Врачи говорят, что протез можно как бы замаскировать: его чем-то обматывают и надевают чулок — становится похоже на ногу. Но я оставил как есть. Мне кажется, так выглядит более технологично, что ли, но вместе с тем без отторжения. Все-таки конечность, пусть и механическая. Ну и люди понимают, почему я так медленно передвигаюсь.

Мы проговорили около часа, спрашивали у Сергея о его делах, планах. Ни разу он не пожаловался ни на что, не выразил никакой обиды на судьбу. Откуда эта стойкость?

— Психолог? С психологом я работал один раз, когда вышел из комы в реанимации. Я тогда лежал под плотными простынями, еще ни о чем не знал. И вот она мне стала рассказывать, еще не закончила даже, а я все уже понял, — пожимает плечами мужчина на механической ноге. — Я принимаю жизнь такой, как она есть. Да, есть трудности, я их вижу, но меня они не ломают. Стал медленнее во всем — это вынужденное. Но это же не конец.

Авария

19 января этого года на МКАД произошла авария, которая, если судить по сводке, не имела далекоидущих последствий. Вот что сообщала ГАИ: «По предварительной информации, около 19:46 55-летний водитель грузового автомобиля Renault, двигаясь по внутреннему кольцу МКАД, в районе 33-го километра при перестроении не убедился в безопасности своего маневра и совершил столкновение с двигавшимся попутно автомобилем Mazda, который от удара совершил наезд на разделительное ограждение. Через некоторое время на обозначенный знаком аварийной остановки стоящий автомобиль Mazda совершил наезд автомобиль Skoda под управлением 38-летнего водителя. 35-летний водитель автомобиля Mazda доставлен в учреждение здравоохранения для обследования».

Но не стоит слишком доверять предварительной информации. Мы уже рассказывали историю Сергея — водителя той самой Mazda. В результате ДТП он потерял левую ногу. Вот как он запомнил случившееся:

— Я включил габариты, ближний свет, даже свет в салоне горел — дверь не закрывалась после ДТП. Темно, светящуюся машину должно быть хорошо видно, но это же МКАД, скорости...

Помню, что успел коротко переговорить с женой. И увидел, как снова снесли мой знак аварийной остановки, теперь вместе с канистрой. Канистра хлопнула, подлетела в воздух. Я думаю: «Что делать? ГАИ еще нет, место происшествия не обозначено». Полез в багажник, чтобы найти еще что-нибудь. Не нашел и пошел к жене. И ведь посмотрел в полосу, где стояла моя Mazda, но никого там не увидел.

Выхожу из-за машины, делаю один шаг и вижу фары. Всё.

Выписка. Зависимость от обезболивающих

— Пять месяцев назад мы виделись в больнице. Как долго вы там еще пробыли?

— Недолго. Мне же ко всему прочему делали операцию по пересадке кожи на те места, откуда были удалены некротические ткани. Так вот она прошла хорошо, отторжения никакого не было, хотя выглядело все, конечно, страшно: и то место, откуда брали кожу, и то, куда ее пересаживали. Но осложнений не было — это главное.

После выписки из больницы я довольно долго сидел на болеутоляющих и на лекарствах от спазмов. Препараты эти достаточно серьезные, просто так слезть с них не получалось. Боль. Я, конечно, наблюдался у невролога, но никто не говорил, мол, сейчас пьешь по две капсулы в день, через неделю по одной... Так это не работает. Да и вообще нельзя сказать, как работает: у всех по-разному. Сегодня ты таблетки не пьешь, а через пару дней тебе снова нужно, причем еще сильнее, чем раньше.

В итоге около полутора месяцев я отвыкал от препаратов. Теперь все в целом нормально, я ничего не принимаю и особо не мучаюсь. Конечно, остались фантомные боли: я всегда чувствую ногу, будто она у меня на месте. Периодически она будто чешется, или ее сдавливает, или в пятку стреляет. Не скажу, что это так уж беспокоит: да, неприятно, но терпимо.

Больничный. МРЭК

— После больницы я был дома. Но больничный не может быть больше 120 дней, дальше он не продлевается. Два месяца пробыл в больнице, потом еще столько же дома, проходя постоянные обследования в поликлинике.

А потом была МРЭК — медико-реабилитационная экспертная комиссия. Она определяет группу инвалидности, выдает заключение, расписывает программу реабилитации и прочее. В том числе выдает документы на получение того, что необходимо: костыли, протез, оборудование для ванной комнаты и так далее.

— Какая у вас группа?

— У меня II группа, рабочая. Комиссия заключила, что мне необходимо предоставить удаленную работу. Но было не понятно, как к этому отнесется мой работодатель. Если бы у него для меня не нашлось вариантов, в службе занятости мне бы помогали с трудоустройством. Впрочем, неизвестно, что бы мне там предложили.

Проблема в том, что на своей прежней должности я работать больше не мог. Я ведь был прорабом. Да, наполовину это работа с бумагами, но наполовину — работа на объекте, с людьми. Где-то спуститься в котлован, где-то подняться на плиту перекрытия — всем этим я занимался. Тем более у нас генподрядная организация: это и монолитные работы, и кладка. Короче, нужно было искать что-то другое.

А мне физически просидеть весь день даже за столом, за компьютером — тяжело. К тому же на тот момент не было никакого протеза. Конечно, я переживал, как вообще будет с работой, о чем удастся договориться с руководством.

Новая должность. Новый транспорт

— Нужен был протез, без него — совсем никак. На работе мы сошлись на том, что я пойду в отпуск (у меня как раз накопилось много дней) в надежде на то, что будут подвижки. И все сложилось удачно: я отгулял свой отпуск и почти сразу попал в протезный центр. Месяц пролежал там, получил протез.

У нас в компании удаленно никто не работает, но с протезом я мог работать в офисе. И мне предложили такую кабинетную работу, за что я очень благодарен руководству.

Оставался последний вопрос: как добираться до офиса каждый день, ведь я живу в Уручье, а работаю на улице Казинца. Это ехать через весь город, туда и назад, при том что общественный транспорт для меня по сей день очень сложная тема, а моя Mazda после аварии была не на ходу. Но и это решилось: я купил машину. Были какие-то накопления, люди также помогли, читатели Onlíner, плюс взяли с женой небольшой кредит.

— То есть сейчас вы водите?

— Да, больших проблем не возникает. Конечно, сидеть с протезом в машине не очень удобно, дальние поездки тяжело даются, но в целом терпимо. Каких-то препятствий нет при условии, что у машины автоматическая коробка передач, ведь сцепление я теперь не смогу выжать.

Реабилитация. Тренер

— Без ноги все кардинально меняется, в том числе геометрия тела, ведь нагрузка распределяется по-другому, иначе работают мышцы спины. Это неправильно для позвоночника и для туловища в целом, что чревато серьезными изменениями. К тому же — об этом предупреждали врачи — из-за того что мышцы в культе не работают, атрофируется тазобедренный сустав, а это чревато большими проблемами с протезированием. Поэтому важно было не затягивать с тем, чтобы становиться на ноги, даже если одна из них не вполне твоя. Но к протезированию тоже нужно готовиться, и я готовился.

Дома я много занимался с тренером. Мы нашли ее через знакомых: вообще, она инструктор в спортзале, но с медицинским образованием, плюс есть опыт работы с инвалидами. С ее помощью я делал упражнения, и без них, конечно, было бы куда сложнее, чем оказалось в итоге. Ведь в остальном все время проводится довольно пассивно: или сидишь за компьютером, или лежишь, а даже если что-то делаешь или просто гуляешь — это далеко не те объемы, не та нагрузка, что необходима.

Затем я попал в протезный центр и там посещал специальные процедуры. В результате врачи отмечали, что мышцы у меня разработаны, они в хорошем состоянии, да и сустав в порядке. Можно было переходить к протезированию.

Протез. Углубление в тему

— Это мой первый протез, он называется учебно-тренировочным. Он выдается на срок порядка 6—8 месяцев и нужен для того, чтобы научиться на протезе ходить: держать равновесие, правильно делать шаг.

Само колено здесь пневматическое: если сделать шаг на не полностью выпрямленном протезе, он просто сложится и ты упадешь. Это важно понимать. Первое время, конечно, каждый шаг продумываешь заранее: как его сделать, как поставить ногу — поэтому все происходит медленно. Благо за три недели после протезного центра я ни разу еще не упал. Предпосылки были, но всякий раз успевал себя поддержать второй ногой. Однако в целом с каждым днем ты привыкаешь, движения становятся все более автоматическими, меньше фокусируешься на них, больше доверяешь и протезу, и самому себе.

Хотя первое время в протезном центре я с трудом делал 20 шагов с двумя костылями и вообще не понимал, как так можно ходить. Но был хороший инструктор, мы занимались, был прогресс. Правда, и нюансов много: протез нужно правильно надеть, нужно следить, чтобы он не съехал после того, как, к примеру, посидишь. Где-то что-то не так — он будет давить, натирать. И это тоже было: из-за кровавых мозолей я пару дней вообще не мог надеть протез. Но постепенно становится проще.

К тому же в центре ровные коридоры и установлены специальные брусья — для страховки. Поначалу ты опираешься на них, потом проходишь без опоры, но с подстраховкой: если что-то пойдет не так — есть за что схватиться. Это помогает психологически. И вдоль брусьев я уже ходил даже без костылей, медленно, но ходил.

А когда выбрался на улицу — бордюры, ступени, всякие неровности, — снова стало тяжело. И первые две недели или даже чуть больше я передвигался с двумя подлокотными костылями. Сейчас стараюсь от них отказываться, но на большие (для меня теперь) расстояния иду все равно с ними.

Целый день в протезе неудобно. Хочется его снять или как-то переодеть, а это не всегда возможно. Дело в том, что у первого протеза крепление на ремнях: по одному с двух сторон, плюс на животе еще ремень. Но так только на первом. Потому как сейчас — когда начинают работать мышцы — с культи уходит отек, она уменьшается в размерах. И дальше крепление протезов будет вакуумным. Вставил ногу как в ботинок, воздух вышел, клапан перекрыл — протез сам держится. Это удобнее, конечно.

— А когда вам заменят протез?

— Протезы изготавливаются индивидуально, по размерам, а в процессе изготовления несколько раз происходят примерки. Бывает, походишь, вроде нормально, а через 10 минут чувствуешь, что неудобно. Относишь к механику, он там что-то подрезает, подгибает — снова примерка. Но в целом сейчас мне с моим протезом вполне удобно. Где-то через полгода меня снова вызовут для оформления нового заказа, будут смотреть, как я вообще хожу.

Все зависит от активности, от того, насколько я освоюсь. Следующий, более продвинутый протез — гидравлический. Там более устойчивое колено, быстрее работает сам механизм, скорость хождения может быть выше. Я ведь уже со многими познакомился, кто также по разным причинам лишился конечностей, — люди обмениваются опытом. Так вот, мне рассказывали, что на таких протезах можно даже нормально ходить по лестнице, как на двух ногах. Пока я иду по ступеням приставным шагом.

А еще есть протезы с электронным управлением, но такие не предоставляются бесплатно — их нужно покупать самому. В нашем протезном центре могут собрать протез, могут установить модуль с микропроцессором, с электронным управлением, если его предоставить. Но этот протез каждые полгода нужно настраивать — условно говоря, обновлять прошивку. У нас никто этим не занимается, ближайшее такое место — Москва, где есть частные центры. Но такой модуль, даже если покупать его отдельно, стоит дорого, действительно дорого. В топе австрийцы: их новый модуль обойдется в 30 000 евро. В России продают бэушные протезы: покупают их в Европе, обслуживают и продают с гарантией. Это дешевле, но все равно не дешево. Со мной связывался человек, который в Москве, в частной клинике, заказал такой протез за 17 000 евро, и это далеко не предел.

Но такие протезы — это другой уровень. У них даже бывают разные режимы, вплоть до езды на велосипеде и катания на коньках. Бегать в них нельзя, но для бега есть специальные спортивные протезы. В общем, целый мир — я уже изучал вопрос.

Возврат к жизни. «Я справлюсь»

— В целом я понемногу привыкаю, вливаюсь в нормальную жизнь. Стал чаще выходить из дома, езжу каждый день на работу. Недавно сходили с женой в кино — впервые после той аварии. Правда, припарковался не в той части паркинга, пришлось идти через весь торговый центр до кинотеатра — тяжеловато пока. Ходили на «Дракулу» Люка Бессона — неплохой фильм, но второй раз, наверное, не пошел бы.

Я замечаю, что чисто психологически совсем без ноги мне было сложнее куда-то ходить. Или, скорее, было неприятно. Летом, чтобы не сидеть дома, я уезжал к тестю с тещей в Витебск — там у них частный дом. Но и там как-то пошли с племянником в торговый центр за продуктами, и ребенок лет шести давай кричать на весь магазин: «У дяди нет ноги!» Минут пять, наверное, кричал, и родители почему-то никак его не останавливали.

С протезом люди тоже обращают внимание, но я все равно чувствую себя более полноценно. Все же у меня две руки, две ноги. Да, одна нога нестандартная, но она хотя бы есть.

Теперь я больше могу сделать без посторонней помощи, я чаще выбираюсь куда-то, не стесняюсь. Однажды лифт в подъезде не работал, а мы живем на 8-м этаже. Ну ничего — поднялся: небыстро, зато сам.

У меня сейчас в целом жизнь стала более медленной. Чтобы успеть — выходить нужно заранее, все стало более размеренным. На костылях, кстати, я хожу быстрее, чем на протезе, но с ним все же комфортнее. Просто нужно больше времени — и я привыкну. Зимой, может быть, станет труднее, особенно в гололедицу и после снегопадов. Но люди ходят, как-то справляются, значит, и я справлюсь.

Суд. «Обвиняемый воздержался от ответа»

— Суд по делу о том ДТП уже состоялся?

— Да, в конце мая прошли два заседания. Опросили свидетелей, провели следственный эксперимент, на котором я не присутствовал в связи с физическим состоянием. Установили, что водитель мог остановиться и не допустить наезда. По показаниям обвиняемого выходило, что он признает вину и раскаивается. При этом так странно: он нанял адвоката, который все выставлял как-то иначе. Выходило, что водитель не виновен, хотя лично мне его доводы были не ясны.

В итоге водителю по ч. 2 ст. 317 Уголовного кодекса дали пять лет ограничения свободы без направления в исправительное учреждение, плюс пять лет лишения прав и на такой же срок запрет занимать должности, связанные с управлением транспортными средствами. Обвиняемый — директор фирмы по продаже автозапчастей.

— Вы общались с ним вне суда? Может быть, он делал попытки как-то возместить вред?

— Общение было, когда я лежал в больнице. Он спрашивал, какая нужна помощь, но у меня в тот момент одна за другой были операции, да и в целом я находился в таком состоянии, когда не особо хотел кого-то видеть. Он предложил материальную компенсацию — 3000 рублей. Я объяснил, что пока не хочу никого видеть. Договорились на словах, что непосредственно перед судом встретимся и вернемся к этому вопросу. Но уже пришла повестка, а никаких сигналов от него не поступало. За неделю до суда я сам спросил, будем ли мы встречаться. Он предложил встречу в офисе у его адвоката на Немиге. Ну что ж, я объяснил, что до Немиги в моем положении, во-первых, не очень-то просто добраться, а во-вторых, для чего мне общаться с его адвокатом? Встреча не состоялась.

Суд постановил, что виновник ДТП обязан выплатить моральную компенсацию в размере 40 000 рублей. Этот человек подал апелляционную жалобу. В сентябре состоялось заседание коллегии Минского городского суда: апелляционную жалобу отклонили, решение суда вступило в силу. Что дальше — я не знаю. Судя по всему, добровольно он мне ничего возмещать не будет. В суде обвиняемый заявил, что ПДД не нарушал. Его спросили, признает ли он себя виновным в том, что меня сбил, но он воздержался от ответа.

Планы на будущее

— Уже думали, что дальше?

— Все зависит от того, как будет идти мое восстановление. В планах на этот год у нас с женой было заняться расширением семьи. Очевидно, что это придется отложить, необходимо больше времени, чтобы окрепнуть, в прямом смысле встать на ноги. Сейчас многое лежит на жене, те же пакеты принести из магазина. В чем-то я могу помочь, но далеко не во всем.

Я рассчитываю на то, что скоро будет новый протез и я смогу двигаться дальше. На работе я не вижу преград на своей должности, мое физическое состояние мне не мешает, и я надеюсь, что смогу быть полезен и своей организации, и обществу в целом.

Возможно, я найду способ скопить необходимые деньги для покупки серьезного протеза — это поможет. Хорошо, что удалось купить машину, иначе я не представляю, как бы справлялся.

Теперь у нас в планах съездить с женой в отпуск в Грузию — у нее там родственники. Но торопиться не будем: решили останавливаться в городках, чтобы побольше всего увидеть. В конце концов, не всегда нужно торопиться.

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by