Вдова погибшего на нефтегазовом комплексе «Лукойла» работника отсудила 60 тысяч рублей

 
12 263
105
21 октября 2019 в 11:44
Источник: «Вечерний Брест»

3 июня 2018 года на нефтебазе компании «Лукойл» в Бресте на улице Гоздецкого произошло воспламенение газовоздушной смеси. Вспышка произошла на бензовозе, в тот момент там находился человек. Через два месяца 43-летний Александр скончался. Семья мужчины более года продолжала борьбу за свои права. На днях суд вынес решение в пользу вдовы.

Несчастный случай и его причины

Оператор Брестского нефтегазового комплекса ИООО «Лукойл-Белоруссия» делал свою обычную работу — наполнял цистерну дизтопливом. В какой-то момент, когда бóльшая часть содержимого была залита, бензовоз резко вспыхнул. Объятый пламенем Александр успел соскочить с платформы, отбежать на несколько десятков метров, где его догнал коллега с огнетушителем. В результате несчастного случая брестчанин получил термические ожоги лица, шеи, обеих рук и ног, грудной клетки. Потом была реанимация и два месяца борьбы за жизнь. Увы, спасти мужчину не удалось.



«Основной причиной происшествия стало неправильное заземление корпуса автомобиля во время заправки, — было сказано в официальном заключении комиссии по расследованию. — В цистерне возник разряд статического электричества, что и привело к воспламенению. Сопротивление контактного соединения в момент аварии составило 251 Ом при норме в 0,05 Ом. То есть превысило предельно допустимое более чем в 5000 раз». Бензовоз принадлежал гродненской фирме «Данко». Как следует из заключения комиссии, водитель автомобиля не выполнил требований техники безопасности, а руководство нефтегазового комплекса не обеспечило контроль их соблюдения. Уголовное дело изначально возбуждать не стали. Затем, после обращения ООО «Лукойл-Белоруссия» в Следственный комитет, уголовный процесс все же был запущен. Но в мае этого года снова приостановлен до изучения результатов экспертизы автомобиля. Характерно, что экспертизу назначили уже после того, как машину отремонтировали. Виновными признали водителя «Данко» и должностных лиц «Лукойла». Однако никто из них к ответственности, уголовной либо административной, долгое время привлечен не был. А у мужчины остались мать, жена Ирина (работает учителем) и двое несовершеннолетних детей (12-летний сын и 6-летняя дочь).

Спустя год после того, как случилась трагедия, Ирина хочет истребовать с виновных в смерти мужа компенсацию морального вреда за причиненные ей, а также ее несовершеннолетним сыну и дочери моральные страдания. Виновными она считает должностных лиц брестской нефтебазы «Лукойла» и водителя «Данко», которые, по ее мнению, не выполнили до конца свои должностные инструкции. Потому и предъявила к ним солидарный иск на 90 тысяч рублей: по 30 на себя, на сына и дочь. Представитель «Лукойла» говорил о том, что его компания готова была заключить мировое соглашение с вдовой погибшего сотрудника и выплатить ей определенную сумму (какую именно, он не называл), но только вместе с «Данко». Поскольку «Данко» платить отказался, мировое соглашение не состоялось.

Еще одно ЧП

В последний день июля 2019-го на нефтебазе «Лукойла» в Бресте происходит второй за год с небольшим случай воспламенения бензовоза, и снова... компании «Данко». На сей раз, к счастью, обошлось без пострадавших, однако машина выгорела полностью. О чем в ходе судебных прений не преминули вспомнить обе стороны. Представитель «Данко»: «31 июля, когда производилась заправка, заземление водителем было сделано правильно, по инструкции. Но это не помогло избежать возгорания. Наливной шланг на „Лукойле“ имеет длину 120 см. А высота цистерны от дна до наливного люка составляет 230 см. Между тем, согласно требованиям инструкции, шланг должен погружаться в цистерну полностью, в противном случае возможен разряд, который с большой долей вероятности спровоцирует воспламенение, особенно в жаркий день... Хотя специалисты называют более 700 причин, почему это может произойти».

Представитель «Лукойла»: «Не надо всю ответственность перекладывать на нас. Водитель автомобиля — такой же участник технологического процесса налива топлива и так же должен нести свою долю ответственности. Мы работаем в Бресте семь лет, за которые у нас было только два случая воспламенения бензовоза при заправке топливом, и оба раза это происходило с машинами „Данко“. По второму случаю еще проводятся следственные действия. Но это, мне кажется, уже наводит на определенные мысли: все ли в порядке с автомобилями данного предприятия?»

Борьба вдовы

Ирина ссылается на Генеральное соглашение между правительством, Федерацией профсоюзов и объединением нанимателей, действовавшее на тот момент, где четко записано: «Производить выплату из средств нанимателя: семье погибшего по вине нанимателя на производстве работника, помимо установленного законодательством возмещения ущерба, единовременной материальной помощи в размере не менее 10 годовых заработков погибшего, исчисленных по заработку за год от месяца, предшествующего несчастному случаю» (пункт 55.22). Аналогичная норма предусмотрена в отраслевом тарифном соглашении. ИООО «Лукойл-Белоруссия» выплатило семье 10 месячных зарплат Александра. В ответе, который получила Ирина, руководство компании поясняет это тем, что именно такая норма содержится во внутриколлективном договоре, который на предприятии считают важнее Генерального соглашения. Что касается тарифного соглашения, на которое ссылается Ирина, оно, как следует из ответа ИООО «Лукойл-Белоруссия», распространяется исключительно на предприятия концерна «Белнефтехим».

Выходит, если соответствующий пункт Соглашения продублируют в договоре на фирме «М», там он станет законом, а на фирме «Л» директор откажется его принять, с него и взятки гладки. Ирина считает такой подход в корне неверным: «Я прекрасно понимаю, что мужа мне никто не вернет. Хотя отдала бы все, чтобы это случилось. Но он погиб из-за чьей-то невнимательности, халатности и т. д. На работу в тот день он ушел здоровым, нормальным человеком. И его вины в том, что случилось, абсолютно нет никакой. Есть вина нанимателя. Так почему наниматель не может взять на себя ответственность? Ведь предприятие на самом деле небедное».

Решение суда

Во время заседания судья задал вопрос руководителю «Данко»: «Если вы знали, что „Лукойл“ не может обеспечить четкое соблюдение всех правил наливки топлива в цистерну, зачем ехали?»

Ответ таков: «Я связан условиями договора. У меня люди работают. Не могу же я их уволить».

Решение суда Ленинского района Бреста — удовлетворить иск пострадавшей семьи. Фирма «Данко» и ИООО «Лукойл-Белоруссия» должны в солидарном порядке выплатить Ирине и ее детям по 20 тысяч рублей. Решение это в законную силу пока не вступило и может быть обжаловано сторонами.

Читайте также:

Auto.Onliner в Telegram: обстановка на дорогах и только самые важные новости

Быстрая связь с редакцией: пишите нам в Viber!

Библиотека Onliner: лучшие материалы и циклы статей