28 682
13 мая 2021 в 8:00
Автор: Виталий Петрович. Фото: Максим Малиновский

Две аварии на съезде с путепровода в Минске: судят водителя такси, а свидетель говорит о том, что дорогу не очистили от снега

В суде Московского района Минска началось рассмотрение уголовного дела о дорожно-транспортном происшествии на улице Железнодорожной, которое случилось 8 января. Аварии было даже две: сначала микроавтобус снес осветительную мачту, а затем на том же участке такси выехало на остановку общественного транспорта и сбило пешехода. Обвиняемый — водитель такси — признает вину, потерпевший подал иск о возмещении вреда, а свидетель указывает на состояние проезжей части в условиях снегопада. Все подробности первого дня судебного процесса читайте в нашем репортаже.

Судят водителя такси

Третье ДТП на улице Железнодорожной

Неприятности начались еще 7 января: в Минске выпал снег, и это моментально отразилось на дорожной обстановке. Серьезные аварии произошли на МКАД и проспекте Дзержинского, а вечером, примерно в 21:35, на улице Железнодорожной Dodge врезался в осветительную мачту.

Утром 8 января там же, на Железнодорожной, с разницей в несколько минут случились еще два ДТП, и оба — на съезде с путепровода. Сперва 28-летний водитель Volkswagen Transporter сбил осветительную мачту, та упала на проезжую часть. А спустя несколько минут на том же месте водитель Volkswagen Polo выехал за пределы проезжей части прямо на остановочный пункт, где находились люди, обсуждавшие последствия аварии с микроавтобусом.

Обвинение: «Проявил невнимательность и неосмотрительность»

За рулем Volkswagen Polo, автомобиля службы такси, находился водитель 1995 года рождения. Холост, детей нет.

— Обвиняемый, являясь лицом, управляющим транспортным средством, допустил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого телесного повреждения, — зачитывает в суде государственный обвинитель.

По версии следствия, водитель, управляя технически исправным транспортным средством, 8 января около 7:05 двигался по улице Железнодорожной со стороны улицы Суражской в направлении улицы Щорса со скоростью около 50 км/ч.

— Будучи обязанным знать и соблюдать относящиеся к нему требования правил дорожного движения, пользоваться дорожными знаками, не создавать препятствий и опасности для дорожного движения, проявил невнимательность и неосмотрительность к окружающей дорожной обстановке и ее изменениям, — продолжает гособвинитель.

По сути, улица Железнодорожная, при движении в указанном направлении, начинается с путепровода через железнодорожные пути. Тем утром, с учетом погодных условий, на въезде на этот путепровод был установлен знак 1.33 «Гололедица», предупреждающий об участке дороги, на котором возможны снежные заносы либо ледяные или снежно-ледяные образования.

— Движение по данному участку дороги требовало от водителя повышенного внимания, — это вновь звучит версия обвинения. — При выборе скорости движения он не учел погодные и метеорологические условия, спуск дороги и закругление влево, скользкую проезжую часть, темное время суток, осадки, не принял достаточных мер для обеспечения безопасности дорожного движения, что он мог и должен был сделать, не справился с управлением транспортного средства, съехал с дороги вправо и, продолжая движение по тротуару, совершил наезд на остановочный пункт «Вагоноремонтный завод» и на находившегося там пешехода.

К состоянию пострадавшего в этом ДТП мы еще вернемся, а пока резюмируем позицию государственного обвинения: водитель нарушил несколько пунктов ПДД, в том числе п. 87, касающийся скорости движения, что лежит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями. Обвинение предъявлено по ч. 2 ст. 317 Уголовного кодекса — «Нарушение правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств лицом, управляющим транспортным средством, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого телесного повреждения».

— Обвиняемый, вы признаете свою вину? — задает вопрос судья.

— Да, признаю полностью, — отвечает водитель.

Допрос обвиняемого: «Ехал со скоростью потока, не превышал»

Водительские права он получил два с половиной года назад. Говорит, что ездит постоянно: есть собственный автомобиль, который был куплен в кредит совместно с девушкой. Теперь машина арестована. А вот в такси парень недавно: стал работать с 15 декабря 2020 года, то есть за три с половиной недели до аварии на Железнодорожной.

— Расскажите о событиях того дня, — с этой фразы начался допрос обвиняемого.

— За руль я сел приблизительно в 6:20, начал смену. Выехал с базы, прошел врача. Находился в свободном движении, ждал первого заказа, — рассказал водитель.

Молодой человек подтвердил, что автомобиль, на котором он двигался, был исправен.

— Первый заказ был на проспекте Жукова, оттуда повез клиента в Уручье, на 9-й км. После этого увидел, что заканчивается топливо, поехал на заправку. Оттуда — в сторону центра, ожидая нового заказа, — парень старается подробно вспомнить все события того утра.

Из всего сказанного можно сделать один вывод: прежде чем случилось ДТП, водитель чуть менее часа находился за рулем, двигаясь по городу. Он видел, в каком состоянии находятся дороги, мог понимать погодные условия. Второй заказ был на улицу Железнодорожную. Получив его, водитель свернул на улицу Суражскую. В машине, кроме него, никого нет — он едет за клиентом. На часах примерно 7 утра: автомобиль приближается к путепроводу на улице Железнодорожной.

— Как вы оцените погоду тем утром? — задала очередной вопрос гособвинитель.

— Ночью обильно выпал снег, впервые за зиму, грубо говоря. Снега было много, но в целом дороги, по которым я проезжал, были прибраны. Еще было темное время суток, шел небольшой мокрый снег, — ответил обвиняемый.

— С какой скоростью вы двигались?

— Километров 45—50, не больше. Потому что незадолго до этого стоял на светофоре, потом дорога сразу пошла на подъем.

— Что представляет собой проезжая часть на данном отрезке?

— В том направлении, в котором ехал я, две полосы, двигался по правой. Дорога конкретно на участке улицы Железнодорожной начиная от путепровода была достаточно заснеженной: за путепроводом только одна полоса была расчищена — левая, а правая крайняя была действительно заснеженной, — говорит водитель и сразу поясняет: — Я не перестраивался, потому что слева ехали попутные автомобили.

— Вы видели перед путепроводом дорожный знак 1.33 «Гололедица»?

— Видел.

— Какие меры вы приняли в связи с этим?

— Правила не обязывают предпринимать какие-то меры. Нужно увеличить свое внимание соразмерно условиям и дорожной обстановке.

Водитель отмечает: скорость, с которой он двигался, как ему кажется, отвечала дорожным условиям. Это утверждение обращает на себя внимание судьи. Дело в том, что обвиняемый полностью признал свою вину, согласившись с обвинением, то есть признал и нарушение п. 87 ПДД, который обязывает водителя при выборе скорости движения учитывать в числе прочего дорожные и погодные условия. Так нарушал этот пункт или все же скорость отвечала дорожным условиям — это интересовало судью. Обвиняемый пояснил: «Ехал со скоростью потока, не превышал».

Водитель: «Торможение не дало никакого эффекта»

Пока Volkswagen Polo въезжает на путепровод, вспомним, что творится на спуске. Микроавтобус Volkswagen Transporter, который незадолго до этого ехал тем же маршрутом, вылетел за пределы проезжей части и врезался в мачту уличного освещения. Та от удара рухнула поперек проезжей части. Из микроавтобуса выбрались водитель и пассажир. На остановке поблизости собираются очевидцы ДТП, уже вызвали скорую. Движение по Железнодорожной сильно затруднено из-за лежащего столба. Но водитель Volkswagen Polo ничего этого не знает и лишь с высоты путепровода начинает понимать, что впереди что-то не так.

— Я въехал наверх, а оттуда до остановки метров 200. Я заметил автомобиль на «аварийке» у края проезжей части. Мне показалось, он был даже немного на тротуаре. Я стал спускаться потихоньку, притормаживая, и, приближаясь, увидел, что поперек дороги лежит осветительная мачта, которая перекрыла полосы, — рассказал обвиняемый.

— Когда это увидел, стал тормозить. Нажал на тормоз, но автомобиль стал скользить, затрещала ABS. Грубо говоря, торможение не дало никакого эффекта. Может, я и снизил скорость на 5 км/ч, но машина ушла в скольжение. Меня вынесло на тротуар, после чего автомобиль въехал передней частью в остановочный пункт.

«Мне все кричали, что я его сбил, а мне казалось, что не я»

На этой остановке действительно было немало народу. После того как в столб врезался микроавтобус, некоторые поспешили на помощь участникам ДТП. Потом не расходились, обсуждали случившееся.

— На остановке произошла авария, и там вокруг были пешеходы, — продолжает обвиняемый. — Человека три были на проезжей части, еще не меньше пяти — на самой остановке. Очень много пешеходов.

Это то, что он успел заметить до того, как Volkswagen Polo, въехав на тротуар, врезался в навес остановочного пункта.

— Потерпевшего я увидел уже тогда, когда вышел из машины. Он лежал на тротуаре. Я вышел — позади автомобиля человек лежит. Мне все кричали, что я его сбил, а мне казалось, что не я. Шоковое состояние было, — говорит водитель. — Кричали: «Доставай аптечку». Я достал. Несколько человек вызывали скорую. Потерпевший лежал на тротуаре рядом с автомобилем: он был в сознании, кричал. Потом приехала скорая.

— Вы разговаривали с потерпевшим? — задала вопрос гособвинитель.

— Он испытывал боль: кричал, матерился — что я мог сказать человеку? — ответил обвиняемый.

— Вы не оспариваете, что нарушение указанных ранее пунктов ПДД повлекло наступившие последствия? — еще один вопрос обвиняемому.

— Сознательно я не нарушал. Понятное дело, что правила требуют предугадывать, но в той ситуации предугадать было сложно. Все, что мог, я делал. Но я понимаю, что мои действия повлекли вред, поэтому признаю свою вину.

У меня не было возможности перестроиться, поэтому, увидев препятствие, я применил экстренное торможение. После этого изменить траекторию и остановиться у меня не было возможности, хотя нога оставалась на педали тормоза. Автомобиль стал неуправляем. Но прямого умысла нарушать у меня не было. Я нарушил в силу обстоятельств и признаю это, — ответил водитель.

Он добавил, что раскаивается и испытывает чувство вины перед потерпевшим. На этом допрос обвиняемого завершился.

Потерпевший: «Упал, улетел, бухнулся — сам не знаю как»

Потерпевший — мужчина 1967 года рождения, женат. Также работает водителем, кстати. В суде он появился на костылях — это все еще последствия полученных в результате ДТП травм.

— Я ехал на работу на общественном транспорте, вышел на остановке, направился к зданию. Через время слышу грохот, а я уже зашел за угол к тому моменту. Вернулся посмотреть: мало ли что, — рассказал он.

Грохот — это и удар микроавтобуса о мачту уличного освещения, и ее падение на проезжую часть.

— Я видел, как из микроавтобуса выпрыгнул парень, в машине находился еще один человек. Подтянулись прочие пешеходы, дворничиха подошла, которая снег убирала. Я стоял там, разговаривал, ну и получилось, что меня зацепило, — добавил потерпевший.

Он отметил, что не видел приближение автомобиля, который его сбил, так как находился к нему боком.

— Сигнала не было, только снег, тишина и разговоры, — рассказал мужчина. — Я упал, улетел, бухнулся — сам не знаю как. Наверное, терял сознание — не могу сказать. Помню, что пробовал встать, но нога... Больно было, в общем. Даже ругался. Подоспели ребята с работы, мне помогали. Обвиняемого я не видел.

С места происшествия его увезла скорая. В результате ДТП пострадавший получил закрытую черепно-мозговую травму средней степени тяжести, травмы кисти, голени. Он перенес операцию и провел в больнице больше двух недель. Говорит, что последствия полученных повреждений ощущает до сих пор.

— Какого наказания, по вашему мнению, заслуживает обвиняемый? — спросили его.

— Помягче, если можно, — ответил потерпевший.

Исковое заявление: тридцать, не триста

И обвиняемому, и потерпевшему задали вопрос о том, поддерживали ли они контакт после произошедшего.

— Я контактировал с потерпевшим. Узнал номер у следователя, звонил в больницу, но потерпевший отказался общаться до выписки. Дважды привозил передачи, хотел увидеться, но так и не удалось это сделать — повлиял ковид, — рассказал водитель.

Потерпевший подтвердил эту информацию.

После выписки они все же пообщались. Обвиняемый говорит, что принес извинения.

— Изначально я не говорил ничего о возмещении материального и морального вреда, но затем этот вопрос поднял. Потерпевший ничего конкретного не назвал, поэтому на данный момент я ничего не возмещал. Хотя готовился по друзьям и знакомым собирать деньги, занимать, — добавил водитель.

Пострадавший в свою очередь заметил, что обвиняемый не предлагал ему денег. Судья задал вопрос, есть ли у потерпевшего соответствующие претензии на возмещение вреда: материального и морального?

— Ну да, сейчас же все плохо со мной. Я пережил и физический вред, и моральные страдания, пережил все это в больнице, где лежал, где не мог даже за собой ухаживать, — отметил мужчина.

Он заявил иск — 30 тысяч рублей. Присутствующим на мгновение послышалась цифра 300 — и гособвинитель, и судья даже переспросили.

— Нет-нет, тридцать, не триста, — заверил потерпевший.

Ответчик по исковому заявлению — владелец средства повышенной опасности, то есть компания, в которой работает водитель. К слову, за поврежденный автомобиль фирма взыскивает выплаты со своего сотрудника.

— Со мной заключено соглашение о добровольном погашении ущерба — 9200 рублей, — уточнил обвиняемый.

Свидетель: «Мост был не обработан: дорога была не очищена, не посыпана»

В суде был допрошен пока только один свидетель — водитель электробуса, который проезжал тем утром по тому же путепроводу.

— Я работал по маршруту №32. Примерно за час до этой аварии я двигался в сторону Малиновки.

Ночью шел снег, а мост был не обработан: дорога была не очищена, не посыпана. При этом сама улица Железнодорожная была и посыпана, и обработана, не затронут был именно мост. Помню, я еще про себя подумал, что, наверное, разные организации занимаются уборкой, — рассказал свидетель.

Подъезжая к остановке, он на своем электробусе заблаговременно снизил скорость — и то, как отметил этот человек, пришлось применять экстренное торможение, переходя на юз.

— То есть остановка была уже скользкая на тот момент, — сделал вывод водитель.

Когда он возвращался по маршруту из Малиновки, то, находясь метрах в 500 от моста, услышал громкий хлопок.

— Вначале я не понял, что это такое. Зашевелились троллейбусные провода. Подъезжаю к остановке и наблюдаю такую картину: микроавтобус врезался в столб, столб упал поперек дороги. Со стороны, где произошла авария, стояло две машины — люди остановились, чтобы оказывать помощь. С моей стороны тоже стояла одна машина. То есть оставалась всего одна полоса для движения. Люди эти, наверное, тоже находились в шоке, потому что просто побросали свои автомобили на проезжей части — по сути, заблокировали все движение, — рассказал свидетель.

По его словам, люди, оказывавшие помощь, находились главным образом за поврежденной машиной. В этот момент сверху, с путепровода, пошел поток автомобилей.

— Я заметил только, как справа от микроавтобуса на остановку влетает... ну или въезжает — я не знаю, как сказать правильно — такси. Удар произошел где-то за микроавтобусом: я видел, как человек отлетел от машины метра на три. Сразу он в шоке попытался подняться, но у него не получилось. К нему побежали люди. И тогда кто-то из водителей побежал наверх по путепроводу, сигнализируя двигавшимся оттуда об опасности, — сообщил мужчина.

Повлиял ли на ситуацию капремонт путепровода?

Во время завершения первого дня процесса, когда судья зачитывал письменные материалы дела, прозвучала крайне любопытная информация. Оказывается, в тот период путепровод в связи с проведением капитального ремонта был временно снят с обслуживания и находился на балансе другой организации — той, которая и проводила ремонтные работы. Означает ли это, что уборка путепровода от снега в то утро, когда случились ДТП, не проводилась? Могло ли состояние проезжей части на путепроводе и на остальных участках улично-дорожной сети отличаться настолько, что это, пусть и косвенно, привело к авариям?

Auto.Onliner в Telegram: обстановка на дорогах и только самые важные новости

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Автор: Виталий Петрович. Фото: Максим Малиновский
Без комментариев