Простая мечта. Девушка стремится вернуться к нормальной жизни после аварии с трамваем

22 ноября 2022 в 8:00
Автор: Андрей Гомыляев. Фото: Влад Борисевич

Простая мечта. Девушка стремится вернуться к нормальной жизни после аварии с трамваем

Элеонора и ее дочь Юлия живут в Минске, в современной квартире прямо у станции метро «Каменная горка». Мечта для многих белорусов. Но эта семья мечтает совсем о другом. О том, что принято считать естественным и незыблемым. Встречающая нас Элла показывает свой зал — он давно превратился в тренажерку для ЛФК. Здесь есть мягкие маты, вертикализатор, электронный велотренажер, специальные ходунки и много чего еще. Женщина успевает работать дизайнером интерьеров, поэтому даже с реабилитационным инвентарем квартира не потеряла свой уют. Да, диван напротив стеллажа с книгами пришлось увезти — он уступил свое место инвалидной коляске. Слишком многое изменилось в жизни семьи с 19 сентября 2018 года, когда Юля попала под трамвай.

Дом

На стеллаже с книгами можно заметить и фотопортреты, в основном с них смотрит девочка — у Юлии больше школьных снимков. Наверное, потому, что несчастье приключилось буквально в первый же месяц ее учебы в университете.

А вот и выпускной альбом. От этой фотографии веет жизнерадостностью и целеустремленностью. Похоже, эти чувства удалось сохранить и матери, и дочери. Нет времени предаваться отчаянию, впереди еще много работы.

Мы говорим о сохранении чувств не просто так. Элеонора сразу объясняет: «Юля сохранила интеллект, она все понимает и может учиться новому (например, смотрит и слушает лекции). Но вот тело… Оно не слушается. Это отразилось и на речи, и на движениях, и на возможности элементарно обслуживать себя. Фактически разум заперт в несовершенной телесной оболочке».

За залом — вход в детскую комнату. Сейчас она полностью переоборудована для девушки и тех, кто ей помогает. Центральное место занимает специальная больничная кровать с электроподъемом спинки. Юлия приветственно улыбается.

Несчастный случай

Мы просим именно Элеонору рассказать о происшествии, поскольку Юлия говорит совсем немного и очень тихо — так, что нужно к ней наклоняться, чтобы услышать. Но порой девушка дополняет рассказ матери деталями. В который раз им приходится переживать события того дня.

— Юля поступила в Варшаву на архитектора внутреннего пространства. Нашли для нее и еще одной девочки из Беларуси съемную квартиру в центре, недалеко от академии — всего несколько остановок на трамвае. В августе я приезжала, чтобы разместить ее, наладить быт во временном жилье. В сентябре уже началось обучение. 19 сентября 2018 года — это переломная дата в нашей жизни. Мне позвонили и сообщили, что дочь попала под трамвай. В тот же день я помчалась из Минска в Варшаву, особенно не вдаваясь в подробности.

Детали я узнала позже, из судов. Забегая вперед, скажу, что мы наняли адвокатов, но они не выиграли дело против городской службы общественного транспорта. Как удалось выяснить, Юля переходила трамвайные пути по нерегулируемому переходу. Между рельсами для разных направлений стоял фонарный столб. Из-за него ни дочь, ни водитель трамвая друг друга не видели. Она слушала музыку в наушниках и не услышала приближение транспорта справа. Вышла на пути — и ее тут же сбили. Врач по телефону успокоил: несколько операций, месяц под наблюдением, и выпишут. Первоначальный диагноз не звучал угрожающе: многооскольчатый перелом бедра, перелом кости таза, ЧМТ.

Кадры из сюжета tvn24.pl

Но вскоре Юля попала в реанимацию. Объясняли так: жир из сломанной кости отделился и попал в кровь. По сосудам он дошел до легких и вызвал эмболию. Произошла остановка сердца, более пяти минут Юлю возвращали к жизни. Все это стало причиной серьезных последствий. Долгое время дочь была в коме, держалась высокая температура. Однажды врач подошел ко мне и сказал: «Пришла пора прощаться, вам стоит пригласить священника». К счастью, он ошибался.

Элеоноре тяжело вспоминать те горькие слова, тяжело удержаться от слез. Юлия тоже плачет и пытается что-то сказать. Мы берем паузу в беседе — с минуты на минуту должен прийти инструктор-реабилитолог. Вся неделя у девушки расписана по дням: лечебная физкультура, массажист, нейрологопед, визиты в больницы, встречи с волонтерами (есть даже уроки устного английского с носителем языка) — все, чтобы вернуть девушку к самостоятельной, «нормальной» жизни.

Занятия по восстановительной физкультуре болезненны — это видно по лицу Юлии. Инструктор где-то подбадривает, где-то подтрунивает. Задача на сегодня — немного порастягивать, выпрямить руки, поставить девушку в обычное для человека положение стоя на вертикализаторе, попробовать пройтись из комнаты в комнату.

Кто оказался виновен?

Пока специалист занят упражнениями, разбираемся с мамой в разнице между ПДД Беларуси и Польши. Элеонора обмолвилась, что дело против транспортной компании они проиграли. Практика расследования подобных дел в нашей стране такова:

  • возбуждают уголовное дело по статье «Нарушение ПДД, повлекшее по неосторожности причинение тяжких телесных повреждений» (ч. 2 ст. 317 УК РБ);
  • в действиях участников происшествия ищут нарушение правил.

В этом конкретном случае речь может идти о п. 87.2: «При возникновении опасности для движения, которые водитель в состоянии обнаружить, он обязан немедленно принять меры к снижению скорости движения, вплоть до остановки ТС» и о п. 116: «При подъезде к нерегулируемому пешеходному переходу водитель должен предоставить преимущество пешеходу».

Если нет точных данных о местоположении машины в конкретную единицу времени (например, по GPS), проводят следственный эксперимент. Выясняют, была ли у водителя возможность среагировать (в рамках ПДД) на возникновение опасности. В идентичных погодных условиях и при аналогичной видимости возле места ДТП выставляют то же или схожее ТС на расстоянии, с которого водитель впервые мог увидеть опасность. Причем под опасностью могут понимать не самого пешехода, а переход, обозначенный знаком. После по формулам высчитывают, произошел бы наезд, если бы водитель в тот момент с того расстояния начал бы тормозить. Учитывают время реакции человека (около 0,8 секунды), время сработки тормозной системы, фактическую массу машины, скорость в тот момент и другие параметры. Если остановочный путь в таких «идеальных» условиях меньше расстояния от машины до места удара (то есть меньше фактического остановочного пути в день ДТП), то приходят к выводу, что водитель был в состоянии вовремя обнаружить опасность, у него была возможность предотвратить столкновение.

Можно сказать, только что мы привели доказательство теоремы «пешеход всегда прав».

В соседней стране, судя по всему, другая математика. По словам Элеоноры, адвокаты в какой-то момент отказались от дела, мотивировав это тем, что «трамвай в Польше приравнен к железнодорожному транспорту». Как утверждали, пешеход должен сам убедиться в безопасности перехода через пути — так объясняет женщина проигрыш в суде.

Пробуждение

Тем временем занятие закончилось, Юлию вновь переместили на кровать в детской. Продолжаем беседу. Становится понятно: нынешнее состояние девушки — прогресс по сравнению с тем, что было в варшавской клинике. После ошибочного заявления врача о том, что «настала пора прощаться», минчанка еще три месяца оставалась в коме. Маме чудом удалось выбить место в специализированном польском центре для «спящих» пациентов. Она твердо решила пробудить дочь.

— Как-то на кухне съемной квартиры в Польше разговаривали с родственниками других пациентов центра. Кто-то сказал: «Для твоей спящей принцессы нужен принц». Мне показалось, что это разумная идея. Я пригласила парня, с которым они играли в детстве. Он согласился приехать из Беларуси с отцом, моим знакомым. Прямо под Рождество. Конечно, мы готовились: и переоделись, и шарфик повязали, чтобы не было видно трубок трахеостомы, и бровки повыщипывали.

На встрече «принц» рассказывал какие-то смешные истории из детства — например, как однажды его куснула лошадь. И я заметила, что Юля реагировала — стала улыбаться. Можно называть это чудом, совпадением, как угодно. Все равно нам пока неизвестно, на что реагирует мозг — это загадка даже для специалистов. Через несколько дней Юля ответила на традиционное утреннее приветствие медсестры, а через пару недель пришла в сознание.

Новая мечта

Из польского центра женщина с девушкой вернулись сюда, в минскую квартиру. В последние годы ее комнаты заполнялись дорогим реабилитационным оборудованием, в семье появился даже автомобиль с выдвижным пассажирским креслом. Что-то было приобретено своими силами, что-то — с помощью пенсии дедушки, фондов и волонтеров.

Элеонора продолжала работать дизайнером, Юлия продолжала учиться управлять своим телом, избавляться от спазмов мышц рук и ног, пробовать стоять и ходить без помощи поддерживающих устройств. Нет смысла перечислять все процедуры, операции, препараты, визиты в клиники — как оставшиеся позади, так и предстоящие.

Заветная мечта Юлии осталась прежней — продолжить учебу на архитектора. Но сначала, конечно, нужно выздороветь, вернуться к нормальной жизни. Элеонора верит, что реабилитация в специализирующейся на таких тяжелых пациентах клинике Guttmann в Испании станет толчком на этом пути. Часть денег уже собрана, часть еще предстоит собрать — без помощи не обойтись. Мама уверена: реабилитация не должна останавливаться ни на один день, чтобы процессы восстановления не оборачивались вспять. И продолжает — бороться и улыбаться.

Auto.Onlíner в Telegram: обстановка на дорогах и только самые важные новости

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ng@onliner.by

Автор: Андрей Гомыляев. Фото: Влад Борисевич