Водитель, насмерть сбивший ребенка: «Казалось, что у меня не 80 км/ч, а 40. Отец-пенсионер поможет выплатить иск на 200 миллионов»

 
18 488
25 апреля 2014 в 15:39
Источник: «Рэспублiка». Фото: youtube.com
Источник: «Рэспублiка». Фото: youtube.com

О приговоре, вынесенном 35-летнему мужчине, который пьяным сбил семилетнего мальчика на трамвайной остановке, мы уже сообщали — ему дали 7 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии в условиях общего режима. Сегодня газета «Рэспублiка» опубликовала репортаж из зала суда. Много о личности осужденного (приговор еще не вступил в силу) говорят слова, сказанные им во время заседания. Как сказано в статье, родители погибшего просили у суда пожизненного заключения в качестве наказания.

Обвиняемый во время следствия содержался под стражей. В зал суда его ввели в наручниках. 35-летний мужчина — водитель с 10-летним стажем, ранее уже неоднократно наказывался за превышение скорости. В тот день он позволил себе сесть за руль выпившим, проехать два населенных пункта и весь Витебск по диагонали. По его словам, спиртное употребляет очень редко, а потому якобы и реакция от 200 граммов водки и 0,7 литра пива, выпитых на дне рождения у брата, оказалась непредсказуемой.

Родители не смотрели в сторону обвиняемого, кажется, они не просто ненавидят этого человека. Что касается наказания, по этому поводу коротко высказался отец: «Все равно вы столько не дадите. Ему бы пожизненное». Обвиняемый повторял: «Если б можно было все вернуть назад, если б можно было…» Правда, на заседании выяснилось, что он не только пытался скрыться с места происшествия, но и путал следствие показаниями о внезапно ослепившей его встречной машине.

Суд восстановил события того вечера. Двадцать два часа. Молодая женщина вместе с двумя младшими детьми выходит из передней двери трамвая на Пролетарской площади — это отдаленный район Витебска. Пока пассажирка за руки спускает со ступенек малышей, старший сын уже сиганул через дорогу. Добежать успел лишь до середины пути. Внезапно появившаяся машина как будто даже не притормозила. «Все произошло у нас на глазах. Сначала рев мотора, потом хлопок, а через пару секунд автомобиль уже скрылся за поворотом. Он промчался практически рядом со мной, а сын остался лежать на пешеходном переходе», — женщина еле сдерживала слезы. Ей нужно держаться: на руках осталось еще трое детей, она находится в отпуске по уходу за ребенком, все малыши — погодки, муж регулярно ездит на заработки в Россию, иногда отсутствует дома по месяцу и больше. Сын был хорошим помощником, слушался маму, никогда не переходил дорогу на красный свет.

Искать пьяного водителя помогали добровольцы, которые и выступали свидетелями в суде. Милиция в нескольких районах области ввела план «Перехват». Все это время обвиняемый, как пояснил в суде, в состоянии аффекта сидел в машине во дворе дома, к которому и направлялся в тот злополучный вечер. Вот только состояние аффекта, скорее всего, было вызвано четким пониманием того, что от возмездия вряд ли получится уйти, поскольку на месте происшествия рядом со сбитым ребенком остались номерной знак и эмблема его Volkswagen.

— Я не понял, что произошло, — объяснял обвиняемый. — Да, трамвай видел. Асфальт мокрый, блики вокруг. Выходящих из салона людей не заметил. Да, знаю, что там было ограничение скорости. Мне казалось, что у меня не 80, как показала экспертиза, а километров 40. Силуэт заметил уже возле машины. Пытался тормозить, но было поздно. Потом ничего не помню. Почему уехал? Не могу пояснить. Наверное, испугался.

По словам милиционеров, мужчина сопротивление не оказывал, да и не в состоянии был это делать — еле держался на ногах. Даже не смог назвать фамилию. Освидетельствование показало более двух промилле алкоголя в крови. Когда обвиняемому сообщили о смерти ребенка, он был растерян, но уже через несколько минут стал советоваться: что делать и какую линию держать в объяснениях?

Водитель заявлял на суде об искреннем раскаянии, просил прощения у родителей мальчика и даже написал им письмо. Оно как свидетельство сожаления неоднократно упоминалось в ходе судебного заседания. Обвиняемый в полном объеме признал заявленные родителями иски (по 100 миллионов каждому), надеялся, что отец-пенсионер поможет их выплачивать.