БОЛЬШОЙ РОЗЫГРЫШ! Заказывай от 99 р. в приложении Каталог Onlíner до 31.01 и получи шанс выиграть призы от Dreame

Как мы любовались зимой

Из Минска рванули по утру — минус 23. Чайник вскипятил, окно раскрыл — кипяток шасть! — красиво. Так чаю никто и не попил.

Едем, дорога — голый асфальт. Расчистили очень быстро, а ведь Улли резвился здесь всего неделю назад. Правду говорят аль нет, что Улли накидал больше снега, чем Хавьер? Но Хавьер до сих пор вспоминают, а последние впечатления от Улли грузят по самосвалам и везут по снегоплавильным пунктам.

— Ничего, это — столица, да, столица! — обнадеживали мы себя. — Вот от кольцевой отъедем — и нетронутые снега. Деревни в снегах, поселки в снегах, города-спутники в снегах. Но у нас с собой фотокамера, даже две, мы все зафиксируем, чтобы затем с полным правом бубнить, мол, раньше были зимы так зимы!

Трасса из города — стерильная. В городе хоть вдоль края сугробы, сдвинутые отвалами дорожной техники, а здесь даже обочина чистая настолько, будто метлой мели. Движение потока обычное, скорость — по знакам, когда камера близко.

Все не то! Сворачиваем с бетонной полосы и берем курс на Острошицкий Городок, Бродок, Бояры.

Красиво — невероятно! Снежные поля искрятся под низким солнцем миллиардами мелких самоцветов, деревья и кусты покрыты инеем, как сахарной глазурью. Деревенские дома выглядят неправдоподобно уютными. Воображение подсказывает что-то про баню, но гонишь эти мысли — работать невозможно! Вычищенная, но не выскобленная дорога уходит на пригорок: снег прибран, а который не прибран — хорошенько утрамбован в ровное и цепкое покрытие, которое приятно похрустывает под колесами — непередаваемый звук настоящей зимы.

— Интересно, каково на таком подъеме заднеприводной BMW? — призадумались. — Если хвост понесет... А на полном приводе — ничего интересного, подъем как подъем. Даже обидно.

А снегирей уже видали? В синем инее красные птицы — редкое зрелище. В стороне от дороги — видишь, чьи-то следы. Какая там дворняга, это шел шерстяной волчара, не иначе, красивый, как из сказки, серебристый вожак, свернул в чащобу выть ясной морозной ночью на луну — это тоже где-то было, помните?

Нам трудно не любить такую зиму. Это наш колорит, наша красота, наша компенсация за серый ноябрь и бесцветный март. Пусть они там, за морями, паникуют из-за 4 сантиметров снежного покрова, поднимают по тревоге национальную гвардию и имперский морской экипаж. А у нас здесь за сутки набросало 40 сантиметров сугробов — их размели, так потом за скорость бонусом набросало еще столько же.

Все-таки нужно выехать из города, чтобы это увидеть. Такая зима — нечастый подарок! Возьмите термос с кофе, с чаем, шоколадную конфету в карман — и вперед, фотографировать, как красива белая замерзшая вода в агрегатном состоянии рассыпчатой крупы.

— А где это, интересно, непроезжие тропы и занесенные снегами деревни? — тревожно озираемся.

Пока ситуация кажется еще более идиллической, чем в городе. Улицы деревень расчищены, трактор за прошедшую неделю здесь совершенно точно проходил и не один раз. И нет грязи от песка и соли — только белый утрамбованный снег, такой же, как за полярным кругом.

— Да этого не может быть! — кричим отчаянно и держим путь к востоку.

Околица, Багута, Слобода — везде убрано. Смолевичи — образцово. Хутор Черница, Заказинец, Шипяны — всюду от главной дороги ведут расчищенные улицы, везде можно проехать, не задумываясь о каких-то особенных дорожных условиях.

То здесь, то там проезжает погрузчик или трактор с навесным оборудованием для уборки снега.

— Они нам испортили репортаж!

— Просто они все убрали.

— Я так и сказал.

Как нас победил трактор

Отчаянный шаг — сворачиваем на Заболотье. Это уже совсем вглубь, во власть тишины и мороза. Кстати, минус 23 — не сдвинулось ни на градус. Но и в Заболотье дороги вычищены. Нужно признать: мы проиграли гонку с трактором, он везде побывал раньше нас. С обескураженным видом быстроногого зайца, посрамленного черепахой, глушим мотор и идем в гостеприимную хату пить кофий.

— Дорогу почистили, это вы опоздали, — хохотнул хозяин. — Вам эспрессо покрепче или помягче? Двор-то я сам расчищал — это уж как водится. И подъезд к воротам расчистил — мне иной раз нужно отъехать в город по делам, так что все держу в порядке.

— Интересно, а почему остальные не чистят? Мы видели много подворий с нетронутым снегом. 

— Какие-то пустуют зимой, а где-то люди ждут, когда мороз спадет. Все-таки в такую погоду лопатой не намашешься, лучше чаи гонять — успеется еще.

В хате тепло и хорошо. Ровно так, как и казалось, — неправдоподобно уютно. Пахнет домом, сваренным кофе, и половица приятно скрипит.

— Это я еще не протопил как следует — приехал недавно. Так-то у меня +25 стабильно.

— Аж жарковато!

— До 60 лет я тоже так думал. А теперь — в самый раз, — смеется хозяин. — Еще кофейку?

Поболтали о том о сем. Оказывается, самая большая проблема для домашнего микроклимата в такую погоду — влажность. Прибор показывает что-то около 20 процентов — очень мало.

— Печь сушит, плюс за окном мороз какой — воздух сухой сам по себе. Спасаемся увлажнителями, все-таки с ними поприятнее.

В углу стоят лыжные ботинки.

— Ну как, сезон открыт?

— Еще бы! Мне отсюда что до Силичей, что до Логойска — столько же, сколько из Минска. Езжу!

Вот так нужно: радоваться зиме, ценить зиму, тем более если дороги чистые и машина заводится.

Как мы хотели застрять и добились успеха

Прощаемся с гостеприимным домом. Нечаянно спугнули с крыльца кота: тот метнулся в сторону, в сугроб — потом щурился недобро на незваных гостей. А гости решились на финальную, отчаянную попытку найти непроходимые сугробы, а вместе с ними — приключения на весь полный привод.

— Вы если от перекрестка подадитесь налево, то там дорога на глухую деревню. По прямой до нее недалеко, а если в объезд — 30 километров. Но деревня глухая, прямую дорогу до нее обычно не прочищают. В Хавьер люди не могли детей в школу вывезти пару дней, — рассказал на прощание хозяин.

И мы поехали. Надежды и так было мало, а как увидели уборочную технику, двигавшуюся навстречу, ее вообще почти не осталось.

Пересекли по небольшому мостку речку Мену, кивнули по дороге рабочим с лопатами и бензопилами, приводившим что-то в порядок, проехали небольшой лесок и выехали к полю. Расчищенная полоса здесь замыкалась в петлю: то ли тракторист решил не дочищать дорогу до деревни, то ли финальный отрезок остался на завтра... Но успех был налицо: за много километров пути, оставив немало населенных пунктов позади, мы таки нашли путь, который не смогли осилить. Дальняя деревня надежно спряталась в своей тиши, доступная лишь для самых терпеливых, для кого 30 километров по большой дороге — не крюк.

— Тогда разворачиваемся? Я прямо здесь...

Знаете, это карма. Если всю дорогу жалуешься, как все хорошо, то в конце обязательно случится что-то плохое, потому что ожидания должны оправдываться. Изящный маневр был прерван отчаянным гудением двигателя и шелестящим свистом из-под колес. Наш полноприводный автомобиль замер аккурат поперек расчищенной техникой дороги.

Что интересно: именно там, где мы застряли, чуть в сторонке, но на самом виду лежали аккуратные палки-копалки — иначе не назовешь. Вполне годный инструмент для отважных робинзонов, которым лишь бы чем грести снег и лишь бы что подкладывать под колеса в безуспешной попытке вызволить себя из долгожданного приключения.

— А лопата у нас в багажнике есть? — вопрос в означенных обстоятельствах прозвучал неестественно бодро.

— А лопаты у нас в багажнике нет! — последовал столь же жизнерадостный ответ.

Джентльмены обменялись учтивыми улыбками и стали обсуждать, каким концом подсовывать палку-копалку под колесо.

— Наверное, вчетвером мы бы машину вытолкали, — задумчиво проговорил д'Артаньян голосом д'Артаньяна.

— А сколько у нас мушкетов? Четыре! — вспомнилось его собрату, но это было, конечно, неправдой. Было две палки-копалки и две пары быстро замерзающих рук.

Стали думать про трактор, который наверняка приедет и всех спасет. И даже нашли место, где у нашего полноприводного транспорта должна крепиться буксировочная проушина. Но не нашли самой проушины, что ставило нас в неловкое положение: трактор, может быть, и приедет, но чем же он поможет, кроме неподдельного сочувствия? Кроме того, не было убедительного ответа на неизбежный вопрос тракториста: это какого же нас сюда занесло? Поэтому спасаться стремились собственными силами.

Вероломное предательство совершила коробка переключения передач, в самый ответственный момент объявившая о перегреве. Приходилось ждать, пока она остынет, делать короткую попытку вырваться из снежного плена и снова ждать.

В ход даже пошли коврики из уже названного полноприводного чуда. Их потеря в столь сложных обстоятельствах казалась меньшим из зол — à la guerre comme à la guerre. Польза неопреновых ковриков, подкладываемых под колеса забуксовавшего автомобиля, не доказана и сводится, как нам кажется, к моральному эффекту: у нас есть план, и мы его придерживаемся, используя смекалку и спецсредства.

Но в конце концов, источив палки-копалки о мерзлую землю, истрепав неопрен шлифующими без толку колесами, мы вырвались. С гордостью репортеры обозревали поле недавнего сражения с неуступчивыми сугробами. Мы отступили, но не сдались! Целеустремленный человек всегда сможет решить созданную им же проблему.

Пожали руки.

— Мсье, вы были неповторимы.

— Всегда к вашим услугам.

И искатели приключений гордо удалились по проложенной трактором дороге навстречу новым приключениям.

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by