Американец: в Минске люди выбирают те же машины, что и в США. А на американских авто никто не ездит — они shitty

 
03 ноября 2015 в 8:00
Автор: Виталий Петрович. Фото: Алексей Матюшков

На Ричарда мы смотрели с любопытством. Ему 41 год, хотя выглядит он на 22 и напоминает какого-то их актера. Он занимается научными исследованиями в Калифорнии, но выбрался в Беларусь на недельку в отпуск — просто поглядеть, как мы тут живем. Он не сядет за руль машины с механической коробкой передач, у него в Америке Honda, и он не любит американские авто. То есть удивил сразу. Мы ходили за ним, задавали вопросы. Ожидали найти подтверждения известным стереотипам о них и о нас. А что нашли — читайте в репортаже Onliner.by. Продолжаем наш спецпроект!

Ричард приехал в Минск по совету своего друга и старого знакомого Onliner.by Виталия — того самого, который так и не сдал на права в Беларуси, круто изменил свою жизнь и теперь колесит с работы и на работу по дорогам Калифорнии. Специально для Рича мы подготовили автомобиль с коробкой-автомат и предложили ему покататься по городу маршрутами рядовых минчан. Теми дорогами, которыми они каждый день ездят на работу и возвращаются домой, на которых учат друг друга правильно ездить, «тошнят» и лихачат. Никакой бутафории. Обыкновенный будний день. Вокруг не подставные актеры, а самые обыкновенные водители, которые торопятся и которым глубоко побоку, что к нам приехал гость из Штатов.

Начали с кольцевой. Улица непрерывного движения американца не слишком удивила.

— Это что-то вроде high-way, да? Узковат, — сразу же отметил Ричард. — В Америке есть такие дороги, но на них, как правило, больше полос. Три — очень мало. Четыре — уже ничего, но лучше пять. А в остальном примерно так же — низкоскоростной транспорт движется справа: всякие грузовики и т. д. У них лимит по скорости — максимум 55 миль в час (около 90 км/ч). Изредка они выезжают в средние полосы, если нужно обогнать кого-то, кто едет еще медленнее. У остальных лимит — 65 миль в час (около 105 км/ч). Ну а левая полоса отведена под HOV lane.

— Под что?

— High-occupancy vehicle lane. В Минске такого нет? Это специальная полоса, в которой имеют право находиться только машины с двумя и более людьми в салоне либо электрокары. Полиция строго следит, чтобы другие водители туда не выезжали. На такой дороге, как эта, трудно выделить подобную полосу. Иначе для нормального движения останется только одна полоса.

Ричард ведет машину уверенно, но по нашим меркам очень осторожно. Никаких резких перестроений, оттормаживаний. Он не пытается ехать быстрее, чем положено, но и не плетется слишком медленно. Однако, как это часто случается на наших дорогах, даже когда двигаешься с максимально разрешенной скоростью, всегда найдется кто-то, кто будет ехать значительно быстрее. И этот кто-то недоволен теми, кто ему невольно мешает.

— На первый взгляд, в Минске водят немного нервозно, более агрессивно, чем в США. Много обгоняют и подрезают, — не выдержал наш гость после очередной демонстрации «игры в шашечки» в исполнении водителя белой BMW 5-Series.

— Вероятно, они считают нас «тошнотами».

— Кем нас считают? — не понял Ричард.

— «Тошнотами». Это от слова «тошнить». К примеру, если ехать в левом ряду при свободном среднем. Кто-то сзади будет ехать быстрее и потребует, чтобы его пропустили.

— Но ведь мы же едем с максимально разрешенной скоростью, разве нет?

— Да. Но это не имеет значения. Кому-то всегда нужно быстрее. В Америке водители более дисциплинированы?

— Не думаю, что дело в дисциплине. Вот мы едем, и грубых нарушений вроде бы не совершается. Но вместе с тем чувствуется напряженность. Все эти обгоны и перестроения — их слишком много. Здесь все так ездят?

— Нет, только водители BMW, — пошутили мы в ответ. Как ни странно, Рич шутку оценил.

— О, я понимаю. У нас тоже у BMW есть определенная репутация. Но я считал, что это только в Америке так.

Мы попросили его остановиться на обочине, чтобы выйти и посмотреть на минское кольцо со стороны. Ричард не понял, что мы задумали, но аккуратно съехал и остановился.

— А здесь безопасно стоять? Это же high-way, ведь может что-то случиться.

Его убедили, что все будет хорошо. Поднялись на пешеходный мост над кольцевой, чтобы окинуть взглядом все шесть несущихся по своим делам полос. Нашему герою эта задумка почему-то совсем не понравилась.

— Зачем нужно ходить над high-way? Зачем здесь вообще эти мосты? Кто по ним ходит? Разве это безопасно? — он просто засыпал нас вопросами.

Мы объяснили, что мосты нужны для того, чтобы пешеходы могли безопасно перейти МКАД с одной стороны на другую. На кольцевой таких переходов немало, но и тех, что есть, бывает недостаточно. Не так редко происходят аварии, когда люди, несмотря на ограждения, пытаются перебежать кольцевую и попадают под машины. Такое, казалось бы, простое и очевидное объяснение Ричарда все равно не убедило.

— Я не понимаю, зачем нужно переходить high-way. Здесь же кругом какой-то лес. Что в этом лесу такого? А если нужно добраться из одного района города в другой, не проще ли воспользоваться автомобилем или общественным транспортом. Неужели обязательно вышагивать над дорогой по какому-то мосту?

Мы не ожидали, что такая привычная в наших местах вещь может вызвать столько вопросов у иностранца. Убедить Ричарда, что мост безопасен и необходим людям, нам не удалось. Подтвердить наши доводы было некому — действительно, по мосту никто никуда не шел. И далее по маршруту нашего следования Рич с удивлением обращал внимание на каждый пешеходный мостик, перекинувшийся через кольцевую. В Штатах, говорит, такого нет. Никто там через high-way не ходит и не бегает. Мы не стали спорить.

— Ричард, а как тебе автомобили, на которых ездят в Минске?

— А что автомобили? Ну такие же, в целом. Может, в США чуть поновее.

— А как насчет крутых огромных американских тачек? Пикапы невероятных размеров, «мускулистые» и «прожорливые» спорткары?

— Всякое встречается, но я бы не сказал, что большинство американцев ездит на чем-то подобном. У нас предпочитают качественные машины японских и немецких марок: Toyota, Honda, Volkswagen, Mercedes. Хорошие, надежные автомобили. Многие меняют машину раз в три-четыре года. Кто-то ездит дольше, а кто-то, наоборот, меняет очень часто, потому что хочет всегда ездить на новом авто. Обычно в семье, где есть родители и двое детей, — две машины. С одной не справиться, нет. Поэтому стараются водить оба супруга. Для семьи выбирают какой-нибудь SUV. Иногда и пикапы покупают, если это необходимо в повседневной жизни. Но больше обыкновенных автомобилей, таких же, какие я вижу у вас. Они подходят для города, расходуют не так много топлива, парковаться проще.

— А как же американские машины? Неужели никто в США не ездит на них?

— Ну нет, братан! Американские машины, как бы тебе сказать, они shitty (мягко говоря, плохонькие. — Прим. Onliner.by). Они не такие надежные, долго не прослужат. Конечно, есть те, кто все равно ездит на них — из чувства солидарности, что ли. Но таких не много. У меня вот, к примеру, Honda. Я ей вполне доволен.

Заехали на заправку, залить бензина, перекусить. Все то же самое, что и в Америке, равнодушно отметил Ричард. Хот-дог, кстати, ему больше понравился наш. Сказал, более натуральный. Обилие алкоголя на АЗС не удивило, в США его тоже продают. Но в Америке чаще расплачиваются карточкой, самостоятельно заправляются и оплачивают бензин через автомат.

— А как насчет отчислений за владение машиной? Много с этим мороки?

— Лучше не спрашивай. В Вашингтоне я платил гораздо меньше, а теперь, после переезда в Калифорнию, это настоящий кошмар. Раз в год я должен платить за регистрацию автомобиля. Это обязательно. Плюс каждый год проходить smoke test — это выхлопы. В каждом штате с ними по-разному, но в Калифорнии тест проходят часто — раз в год. Ежемесячная страховка: теперь для меня это по $150 в месяц. Раньше было по $220, но я сменил свой тариф. Плюс в Калифорнии очень дорогой бензин — где-то $3,8 за галлон (около 3,8 литра). Начинаешь считать — oh, my God! В Калифорнии жить недешево. Но там хороший климат, престижное место, возможности получить хорошую работу. Поэтому люди туда едут.

— В Беларуси водители тоже стонут от необходимости платить страховку, проходить техосмотр.

— И сколько у вас выходит в год? 

— Где-то около $100, плюс-минус...

Ричард сначала рассмеялся. Затем тревожно осекся:

— Я слышал, что здесь средняя зарплата около $400—500 в месяц. Поэтому, вероятно, и эта сумма не кажется такой маленькой.

Больше темы денег мы не касались.

В спальных районах в разгар рабочего дня тихо и пустынно. Так же, как и в Сан-Франциско. Заехали в чижовские дворы. Рассказали Ричарду, что вечером здесь все окрест будет заставлено машинами. На газонах зияют плешки в тех местах, которые водители объявили парковочными. Есть следы протектора возле детских площадок.

— У нас многие водители, если не находят места, оставляют автомобили на тротуарах, газонах — где угодно, — понурив голову, признались мы нашему гостю.

— Нет, в Америке это запрещено законом. Поэтому так не поступают.

— У нас тоже запрещено, — убежденно закивали мы. — Но так все равно поступают.

— А что полиция?

— Что полиция? Не будет же в каждом дворе дежурить полицейский. А вызывать их у нас почему-то не принято. Тех, кто это делает, называют «крысами» и предателями. Впрочем, кто-то устраивает подпольную борьбу с нарушителями парковки. К примеру, такую машину могут поцарапать или облить краской. Недавно кто-то бросил кирпич прямо в лобовое стекло. Монтажной пеной могут заделать двери.

Пока мы это рассказывали, на лице Ричарда можно было наблюдать то, что у него в стране называют culture shock. Наверное, скажи мы, что в Беларуси за рулем можно увидеть медведя, он воспринял бы это с меньшим удивлением.

— То есть кто-то может повредить чужой автомобиль из-за того, что он припаркован с нарушениями? Но ведь это еще большее преступление! Почему нельзя просто позвонить в полицию? В США тоже встречаются те, кто паркуется не по правилам. Но любой прохожий может сообщить об этом в полицию, и машину эвакуируют, а владелец заплатит большой штраф. Никому и в голову не придет что-то сделать с чужой собственностью. Максимум — оставят стикер с надписью: «Ты паркуешься как идиот». К примеру, вчера на парковке возле гипермаркета мы видели, как кто-то оставил автомобиль не по разметке, а поперек, заняв несколько парковочных мест. За такое его машину могли поцарапать?

— Да, могли. Бывало, и гирю к колесу пристегивали, — признались мы. В этот момент в глазах Ричарда читалось полное непонимание, граничащее с испугом. У нас было чувство, будто мы варвары и сказали, что едим собственных детей. Поэтому поспешили сменить тему. — Возле гипермаркетов у нас обычно другая проблема. Места для инвалидов часто занимают совершенно здоровые люди. В США такое возможно?

— Возможно, отчего же нет. Но это дорогостоящая парковка. Заплатишь минимум $271 — это штраф. Плюс проблемы с полицией. А кто-нибудь наверняка позвонит туда и сообщит, что здоровый водитель занял место, предусмотренное для инвалида.

— У нас тоже за это штрафуют. Но штраф в эквиваленте около $10. И то, если кто-то вызовет полицию...

Было чувство, что мы с Ричардом поменялись ролями. Одна оброненная им фраза: «никто так не паркуется, потому что это запрещено законом» — заставила устыдиться. Рич готов присягнуть на своей американской конституции, что в его солнечной Калифорнии абсолютное большинство водителей лучше оставят машину за два-три квартала, чем припаркуются там, где не положено. Просто потому, что нельзя. Без размышлений на тему, есть места или нет, мешает автомобиль кому-то или нет. А нарушителей накажет полиция, которую вызовет если не первый, то второй прохожий. Потому что таков закон. Там тоже есть проблема дефицита парковочных мест, в особенности в не самых богатых районах. Но газоны не заезжены до песка, а по весне двор не превращается в какой-то танкодром.

В более благополучных районах, как и у нас, для жильцов строят паркинги — подземные или наземные. Парковочное место также приходится выкупать, и стоит оно зачастую не дешево. Ричард воспринимает это как должное.

Мы поехали дальше. Хотелось устроить Ричу небольшой экзамен — попросить его припарковаться во дворе Каменной Горки. Конечно, после окончания рабочего дня задание бы усложнилось в разы. Но мы не забываем о том, что опыта такого экстремального маневрирования у нашего гостя нет, в тетрис на авто он играть вряд ли умеет.

Пока доехали, Ричард продемонстрировал водительские навыки. Неожиданно перед нами припарковался автомобиль, и женщина-водитель, не глядя, открыла дверь нараспашку практически перед нашим капотом. Рич успел увернуться и даже не стал комментировать этот инцидент. Вместо этого он задал вопрос об установленном в салоне видеорегистраторе.

— Для чего он вам?

— Многие водители стараются установить у себя регистратор. Кто-то боится попасть в ДТП, а видео, в случае чего, сможет доказать его правоту в спорной ситуации. Другие просто публикуют интересные случаи в интернете, чтобы обсудить их на форумах.

— Сколько стоит такой прибор?

— В среднем неплохая модель стоит около $100.

Ричард что-то хмыкнул, но было похоже, что видеорегистратор его не особо заинтересовал.

— В Минске значительная часть аварий случается на перекрестках. Кто-то проехал на красный или на мигающий зеленый, столкнулся с другой машиной, а потом оба водителя настаивают на своей правоте. Видео зачастую дает возможность понять, кто на самом деле прав. В США по-другому?

— Я не могу сказать, что у нас есть проблема проезда на красный сигнал светофора. Установлены red light cameras — они фотографируют нарушителей, которые затем получают квитанцию о необходимости уплаты штрафа за проезд на красный свет. Это минимум $300, плюс возрастет стоимость страховки. Кому нужны такие проблемы? Скорость тоже фиксируют камеры, как и нарушения парковки. Аварии в США чаще происходят из-за погодных условий или из-за того, что водитель отвлекся, скажем, на мобильный телефон.

— А пьяные водители в Америке встречаются?

— Конечно, бывают и такие. Но я не слышал, чтобы это было уж очень насущной проблемой.

И именно в этот момент, когда мы стояли на светофоре в крайнем правом ряду, нас опередил какой-то таксист. Он просто заехал на газон, объехал так несколько машин, соскочил с бордюра и поехал дальше на красный. Ричард смотрел на это с полным непониманием. Мы попытались объяснить, что такое происходит не часто, но всем было очевидно, что тот водитель даже вряд ли понесет наказание за такую езду. Мы снова прибегли к испытанному приему — сменили тему.

В центре Минска, как всегда, жизнь кипит. Обочины заставлены машинами. Парковаться негде. У Ричарда это вызывает недоумение.

— Если здесь, как вы говорите, расположены офисы и работают люди, то где же паркинги? У нас говорят: нет паркинга — нет бизнеса. Это же естественно, что деловые люди ездят на работу на машине. Им нужны соответствующие условия, разве нет?

Что тут скажешь, Рич?

В США на красный сигнал светофора разрешен поворот направо. У нас — нет. Мы напоминаем об этом нашему водителю. К тому же ему непривычно видеть, как светофор мигает. В Америке не так — никакого мигающего зеленого. Зеленый, желтый, красный. И все тут. Но Ричард быстро приспосабливается. Еще бы неделька, и его бы никто не отличил от коренного водителя. Разве что движения рулем у него более плавные. Никаких перестроений и суеты. Он спокойно следует заданному курсу в выбранной полосе.

В Каменной Горке наш гость даже в рабочее время буднего дня начал с фразы «машин слишком много». Лабиринты дворов между одинаковыми многоэтажками его не испугали, и он храбро крутил руль, старательно вытягивая шею, чтобы разглядеть поворот за припаркованными автомобилями. Наконец задание было выполнено.

— Это непросто, потому что машин слишком много. Они и слева, и справа, ничего не видно. Здесь невозможно двигаться быстро.

В Беларуси гости из США решили не брать машину напрокат, отдав предпочтение общественному транспорту. Поэтому после нашей маленькой экскурсии они отправились по своим делам на метро.

— По-моему, в Минске все нормально с этим, — отметил Рич. — Автобусы и троллейбусы, метро. Не сказать, что они какие-то уж очень впечатляющие здесь, но и плохого не скажу. В Сан-Франциско ситуация примерно такая же. Если куда-то нужно добраться, ты запросто можешь воспользоваться городским транспортом. А вот в Вашингтоне, где я жил раньше, транспорт круче — новее, что ли.

Нам пришла пора расставаться с Ричардом. Интересно, что он расскажет в своей Америке о нас, о наших дорогах? У нас осталось впечатление, что эта экскурсия вызвала больше удивления у нас самих. Мы словно взглянули на свой город глазами калифорнийца, впервые приехавшего в Минск.

Читайте также:

Приключения американца в Беларуси: облом со съемной квартирой, подъезды Каменной Горки и строгий дресс-код в ресторане

За правами в Америку: минчанин завалил экзамен в родной ГАИ, а водителем стал уже в Калифорнии

California Dreamin’: знаки для «тупых», простота на дорогах и беспилотные автомобили на западном побережье США

Вам будет интересно:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by

Автор: Виталий Петрович. Фото: Алексей Матюшков