Вез тяжелобольную пациентку, попал в ДТП: как водитель скорой помощи оказался должен почти 19 000 рублей бывшему работодателю
1447
11 сентября 2018 в 7:26
Автор: Виталий Петрович. Фото: Максим Тарналицкий
Вез тяжелобольную пациентку, попал в ДТП: как водитель скорой помощи оказался должен почти 19 000 рублей бывшему работодателю

В тот день, 6 ноября 2016 года, в Минске была отвратительная погода. Мокрый снег, скользкая дорога. «День жестянщика», — причитали в комментариях. На перекрестке улиц Богдановича и Коммунистической в аварию попал автомобиль скорой помощи, в котором перевозили тяжелобольную женщину. Алексей, водитель этой машины, рассказал корреспонденту Onliner.by о том дне, а также о том, что случилось после: о неопределенности, длившейся целый год, наказании и судебном иске от бывшего работодателя.

О чем пойдет речь:

Экстренный вызов

К тому моменту Алексей уже три года работал водителем скорой помощи в Минске.

— Я был водителем КУП «Минсксанавтотранс» — это предприятие, которое обслуживает скорую помощь, поликлиники. Работал в 4-й колонне на 4-й подстанции — на улице Кедышко. Два дня по 12 часов, затем две ночные смены по столько же, и два дня выходных — такой график. Многие водители старались работать по полторы смены, чтобы получать больше. В этом случае рублей по 800—900 в месяц выходило, иначе — 500—600, как и у остальных шоферов по стране, — говорит мужчина, закуривая.

Алексей
По информации КУП «Минсксанавтотранс», среднемесячный заработок Алексея на скорой помощи составлял 780 рублей 96 копеек.

Было воскресенье, 6 ноября 2016 года. Алексей работал в дневную смену. Работал не на своей «Газели», а на относительно новой Renault.

— Водитель с нее ушел в отпуск, и меня временно пересадили, — пояснил собеседник. — Так всегда делали: водителей с «Газелей» отправляли на свободные БИТы [автомобили бригады интенсивной терапии. — Прим. Onliner.by].

Фото носит иллюстративный характер

Бригада получила экстренный вызов на улицу Никитина (частный сектор по соседству с микрорайоном Зеленый Луг).

— Врачи осмотрели пациента, я в это не особо вникаю. Знаю, что пожилая женщина, ее вроде недавно из больницы домой привезли, и снова стало плохо. Вышла медик, говорит: «Леша, аккуратно, нужно срочно доставить бабушку в больницу». Нужно значит нужно. Я за рулем, дочь пациентки села на пассажирское место рядом со мной. Ну а медики, значит, больной оказывали помощь. Поехали.

С улицы Богдановича водитель собирался повернуть налево, на улицу Купалы: ехали в «двойку» — Городскую клиническую больницу №2. Оставалось всего пару километров.

— В машине работали проблесковые маячки?

— Да, и маяки, и сирена.

— Кто принимает решение об их включении?

— Только врач. Он отдает водителю команду, соответствующая запись делается в путевом листе. 

— Может ли водитель отказаться включать маячки и ехать наравне с остальным транспортом?

— Как это отказаться? Все понимают, куда пришли работать. Человека нужно спасать — какие есть варианты?

Алексей рассказал также, что экстренные вызовы для водителя скорой помощи — обычное дело. В тот день, к примеру, четыре из шести визитов осуществлялись со включенными маячками и сиреной.

Фото носит иллюстративный характер

— Я подъезжал к перекрестку с улицей Коммунистической. Был красный свет. Сбросил скорость, посмотрел: встречные машины стояли, вроде все чисто — я по коробке и еду дальше. И тут с правой стороны выскакивает Lada Largus. По логике вещей я ожидал, что водитель этого автомобиля остановится. Мне в той ситуации просто ничего не оставалось: слева встречные автомобили, правее тротуар и здание Суворовского училища. Некуда было деваться, а торможение — оно ничего не дало. Я насколько мог взял левее, — вспоминает собеседник.

По его словам, Lada ударила Renault в район заднего колеса. От удара скорую помощь подбросило, она опрокинулась на Citroen и легла на крышу.

Результаты проверки и разбор в ГАИ

На место ДТП экстренно прибыла еще одна скорая. Первым делом туда поместили пациентку из перевернувшейся машины.

— Бабушка умерла в реанимобиле. Но умерла своей смертью, это не было связано с аварией. К такому выводу пришли эксперты, которые проводили проверку, — рассказал Алексей. — Я общался с ее родными, говорил с дочерью, которая ехала со мной в машине. От них я не слышал ни упреков, ни претензий.

Водитель и пассажиры перевернувшейся скорой помощи получили различные травмы. Серьезнее всех пострадала одна из медиков. Тяжесть ее травм также оценивалась специалистами, следователями проводилась проверка, итогом которой могло стать возбуждение уголовного дела.

— Целый год ситуация была неопределенной. Все это время продолжалась проверка, нас опрашивали, я по почте в один день мог получить два письма: одно с уведомлением об отказе в возбуждении уголовного дела и другое – о возобновлении проверки. В конце концов уголовное дело возбуждено не было. Материалы передали в Госавтоинспекцию, а меня вызвали к начальнику ГАИ — на разбор полетов, — говорит мужчина.

Врач, который пострадала больше других, была уведомлена о том, что имеет право обратиться в суд для решения вопроса о возбуждении уголовного дела частного обвинения. Но она не стала судиться с водителем скорой помощи. По крайней мере, так дело обстоит на момент выхода этой публикации.

В отношении Алексея было составлено постановление об административном правонарушении по ч. 1 ст. 18.17 КоАП — «Нарушение правил дорожного движения лицом, управляющим транспортным средством, повлекшее причинение потерпевшему легкого телесного повреждения». Это означает, что в ДТП виновным признали его.

Из документа: «Водитель, исполняя свои трудовые обязанности на служебном автомобиле Renault Master, пересекая перекресток улиц Богдановича и Коммунистической на запрещающий сигнал светофора с включенными специальными сигналами, не убедился в безопасности дорожного движения и столкнулся с автомобилем Lada Largus, двигающимся на разрешающий сигнал светофора. От полученного удара автомобиль Renault Master опрокинулся на автомобиль Citroen. В результате ДТП 6 человек получили травмы различной степени тяжести».

— В ГАИ я видел письмо от моего работодателя. В нем мне просили назначить максимально возможное наказание, — утверждает водитель скорой помощи.

В итоге его лишили права управлять транспортными средствами сроком на 1 год. Возможно, было принято во внимание то, что мужчина с женой воспитывают двоих детей (их дочерям 5 и 9 лет), также Алексей ухаживает за матерью-инвалидом.

Увольнение

После ДТП Алексея перевели на медпомощь — он стал водить легковые машины медицинской помощи, ездил по поликлиникам.

— Это низкооплачиваемая работа по сравнению с управлением скорой. Но такая уж была заведена практика. Водителей, которые попадали в ДТП, переводили на медпомощь. Это при том, что на тот момент права у меня никто не забирал и вообще не было вынесено какого-либо решения о моей виновности, — говорит собеседник.

Отношения на работе испортились.

— После аварии я как-то резко стал для них очень плохим. Хотя до этого мне продлили контракт на три года. Но потом никому не стало до этого дела. Я думаю, это из-за того, что пришлось оформлять производственную травму — у меня была черепно-мозговая травма легкой степени, ушибы, — предположил Алексей.

В сентябре 2017 года у мужчины забрали водительские права, и практически сразу последовало увольнение. Официально: по соглашению сторон.

— Это при том, что по образованию я автослесарь, а слесари там всегда были нужны, — вздыхает мужчина. — Но так вот случилось. Пришлось срочно искать хоть какой-то заработок.

Уже почти год Алексей работает автослесарем в механизированной колонне. Говорит, что деньги там существенно меньше, чем были на скорой.

— Числюсь слесарем, а делаю все, что придется — работы хватает. Зарплата? Ну рублей 500—550. Еще где-то 400 зарабатывает моя жена, она работает в поликлинике. В итоге рублей 900 имеем на всю семью.

Судебный иск

В конце августа этого года, спустя почти полтора года после аварии, Алексей получил иск от бывшего работодателя — КУП «Минсксанавтотранс». По этому иску предприятие просило взыскать с бывшего водителя почти 30 000 рублей с учетом государственной пошлины. Что это за иск и откуда взялась такая сумма?

Дело в том, что автомобиль скорой помощи на момент ДТП был застрахован по договору комплексного страхования. Он включает в себя обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств (стандартная «автогражданка») и добровольное страхование их транспортного средства на случай причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия. Другими словами, по этому договору в случае ДТП на страховые выплаты могут рассчитывать не только потерпевшие, но и виновник. Выплата за вред имуществу, причиненный в результате ДТП, не может превышать 10 000 евро каждому из участников (лимиты установлены Указом Президента Республики Беларусь №531 «Об установлении размеров страховых тарифов, страховых взносов, лимитов ответственности по отдельным видам обязательного страхования»).

Ущерб сверх лимита страховой выплаты взыскивается в судебном порядке с виновника ДТП.

Автомобиль скорой помощи, введенный в эксплуатацию в июле 2016 года, не был застрахован по каско.

«Распоряжения из вышестоящей инстанции о виде страхования не поступало. Его принимает сам руководитель на основании тех финансовых возможностей, которые имеются у предприятия. Все автомобили застрахованы в рамках обязательного страхования, но у нас большой парк», — пояснила суду представитель КУП «Минсксанавтотранс».

Ущерб, нанесенный в ДТП автомобилям Lada и Citroen, был покрыт страховкой. Ущерб, который в аварии получил автомобиль Renault Master, в результате первоначальной проверки, проведенной КУП «Минсксанавтотранс», составил порядка 20 500 рублей. Акт о результатах проведения этой проверки был составлен 14 сентября 2017 года. Страховка бы покрыла эту сумму.

Однако впоследствии сумма ущерба была пересмотрена. Истец предоставил суду результаты оценки, в соответствии с которыми ущерб, причиненный автомобилю Renault Master, с учетом износа (7%) составил 40 793 рубля. Фактические затраты на ремонт машины, исходя из предоставленной истцом информации, составили 42 941 рубль. Из них сумму, эквивалентную 10 000 евро, покрыла страховка. Остальное — более 20 000 рублей — невозмещенный вред, который КУП «Минсксанавтотранс» потребовал взыскать с ответчика по иску — Алексея.

Кроме того, трое медицинских работников получили в этом ДТП травмы. Согласно ст. 937 Гражданского кодекса, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей. То есть автомобильная страховка этот вред не покрывает. Сумма пособий по временной нетрудоспособности троих медиков составила более 5200 рублей. Страховщик потребовал возмещения этих денег от КУП «Минсксанавтотранс», а эта организация, возместив указанную сумму, направила обратное требование (регресс) водителю, который был признан виновником ДТП, — Алексею.

И наконец, водитель и пассажир автомобиля Citroen добились денежной компенсации морального вреда, полученного в результате ДТП. Вместе с судебными издержками эти выплаты составили около 896 рублей. КУП «Минсксанавтотранс» оплатило их, а затем включило в иск к бывшему водителю — Алексею.

Таким образом, с учетом всех перечисленных выплат, судебных издержек, оплаты услуг оценщика и прочего сумма иска КУП «Минсксанавтотранс» к Алексею составила 29 660 рублей 63 копейки.

Суд

Стороны встретились в суде Первомайского района Минска. Причем и истца, и ответчика представляли юристы. Истец настаивал на взыскании всей суммы иска, ответчик заявил, что признает требования частично. Алексей пояснил нам свою позицию.

— Предприятие получило страховку, а с меня теперь, по сути, требуют возместить стоимость новой машины. Причем автомобиль, попавший в ДТП, уже восстановлен — мне это известно. Известно мне и то, как именно его восстанавливали. Получается, за мой счет предприятие получит две машины? Но это же неправильно, — говорит мужчина.

Примечательно, что в качестве третьего лица в суде выступил другой участник ДТП — водитель Lada Largus. Отвечая на вопрос суда о том, считает ли он необходимым удовлетворить исковые требования КУП «Минсксанавтотранс» к бывшему водителю, мужчина сказал: «Я полагаю, что требования подлежат удовлетворению».

В качестве одной из возможностей судья предложила сторонам рассмотреть вариант заключения мирового соглашения. Оно позволило бы найти компромисс, который устроил бы и истца, и ответчика, сэкономил бы их время и сократил судебные издержки. Иначе наверняка была бы назначена судебная экспертиза, а это новые траты. Каждая из сторон выразила готовность вести переговоры о мировом соглашении. Они начались в тот же день.

Сторонам удалось прийти к варианту, который и был изложен судье. Истец снизил размер иска на 10 000 рублей в части, которая касалась ущерба автомобилю скорой помощи. Кроме того, сумма госпошлины, возмещение которой также требовалось с ответчика, была снижена на 50%. И наконец, истец согласился на рассрочку в выплате сроком на 7 лет.

Алексей, прибывший в суд, принял эти условия.

В соответствии с принятым мировым соглашением ответчик обязан до 31 декабря 2025 года выплатить КУП «Минсксанавтотранс» почти 19 000 рублей.

Выплаты должны осуществляться ежемесячно в размере не менее 217 рублей 87 копеек, причем первая выплата назначена уже на октябрь этого года. Ответчик может производить выплаты бóльших сумм, тогда он погасит долг раньше. Все это напоминает выплаты по кредиту. И точно так же, даже внеся сумму бóльшую, чем полагается, нельзя пропустить ни одного месяца оплаты, пока весь долг не будет погашен. В противном случае истец вправе обратиться в суд с заявлением о выдаче исполнительного документа и взыскании всей денежной суммы. И тогда уже не будет никакой рассрочки.

Послесловие

На этой неделе, 14 сентября, истекает год с того дня, когда Алексея признали виновным в аварии на перекрестке улиц Богдановича и Коммунистической. Мужчина сможет получить назад свои водительские права.

— Пойду подрабатывать в такси. А что еще делать: нужно как-то жить и мне, и моей семье, — говорит он.

Алексей все так же терзается вопросами о произошедшей аварии и о той ситуации, в которой оказался.

— Это только по телевизору говорят, что скорой нужно уступать дорогу, что водители этих машин помогают спасать чьи-то жизни. Я же не один такой, я знаю, что немало водителей отвечают за ДТП, в которые попадали. Работают на медицинской помощи, выплачивают долги. Ничего не хочу сказать, но кто-то лишний раз задумается: а стоит ли ему включать мигалку, стоит ли торопиться? В тот день я вез в больницу чью-то маму, вез человека. Кто-то скажет: нечего летать. Но что делать водителю скорой в такой ситуации?

Юридическая помощь в сервисе «Услуги» Onliner.by

Читайте также:

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by