493
11 сентября 2019 в 8:00
Автор: Андрей Журов. Фото: Александр Ружечка

«Если бы дали зеленую волну, трамвай мог бы составить конкуренцию метро». Водитель с 40-летним стажем о городе и людях

В советское время красно-желтые трамвайчики составляли костяк транспортной системы Минска. Вагончики ходили по нынешним улицам Богдановича, Интернациональной, Володарского, Романовской Слободе, проспекту Независимости... Эх, были времена! Постепенно сеть стала уменьшаться: рельсы разбирали, маршруты сокращали или вовсе отменяли. Так что к 90-летию минский трамвай подходит в скромном масштабе. Многие планы остались нереализованными, и горожанам остается разве что ностальгировать. Вместе с Ниной Кунец, которая сорок (!) лет проработала водителем трамвая, вспоминаем, как это было.

«Мечтала о полетах, а попала в кабину трамвая»

— Сперва я даже не думала о трамваях. Знать не знала, что это такое, — наша собеседница родилась в деревне в Копыльском районе, а после школы мать отправила ее в город со словами «уезжай, нечего тут делать». — Моей мечтой было работать бортпроводницей, но я даже не попыталась устроиться на авиалинии и сейчас немного жалею об этом. В советское время мы были скромными, стеснительными. Решила, что не подойду. А впервые удалось полетать два года назад, когда дочь подарила сертификат. Классно! Мне понравилось...

Первое время после переезда в Минск 20-летняя девушка работала на стройке ученицей штукатура. Однако продолжала мечтать о профессии, связанной с движением.

Выбор был сделан в пользу водителя троллейбуса. Когда Нина Кунец пришла на курсы, оказалось, что группа набрана. «А вот на трамваи местечко есть. Пойдете?» — предложили девушке, тогда не подозревавшей, что оказия свяжет ее с профессией на всю жизнь.

«Сорок лет пролетели как четыре года»

— Группу называли олимпийской, — вспоминает наша собеседница. — Это был 1980 год, когда в Москве проходила Олимпиада, да еще порядковый номер группы оказался 80-м.

По словам женщины, учиться управлению трамваем несложно: «Контроллер вперед — ход, назад — тормоз. Рельсы определяют путь, сворачивать никуда не надо».

Может, потому профессия считается женской. Не нужно обладать большой физической силой, чтобы выкручивать руль. Хотя водителями трамваев в Минске работали и продолжают работать три десятка мужчин.

«Закутаешься в шубу, в валенки засунешь газету, чтобы теплее было, и едешь!»

На протяжении сорока лет Нина Кунец приходит в трамвайный парк на улице Ботанической, здоровается с закрепленным за ней вагоном и проводит дежурный осмотр. Башмак, ломик, огнетушитель обязательно должны быть в кабине. В салоне все валидаторы-компостеры работают, поручни-сиденья целые и чистые. Можно ехать!

А начинала свою трудовую деятельность наша героиня на стареньких МТВ (московский трамвайный вагон). Это были угловатые, простенькие вагоны с крохотной кабиной для водителя.

— Помню, что контроллер был массивным, а стояночный тормоз — воздушным, — добавляет женщина. — Но я недолго на МТВ отработала. После происшествия на Автозаводе в 1981 году их стали массово списывать. Тогда лоб в лоб столкнулись два трамвая, сильно пострадали наши водители. Причиной происшествия признали состояние вагонов, которые выходили ресурс.

На смену пришли знаменитые рижские трамвайчики (производства Рижского вагоностроительного завода). Кузов у них обтекаемый, контроллер поаккуратнее, но в целом конструкция столь же простая.

— А я их любила! — восклицает Нина Кунец. — Подкупала простота. Раньше мы, случалось, ездили забитые битком, из-за чего даже двери ломались. Я же ломик брала, сама все подправляла и ехала дальше. Удобно! А теперь сплошь электроника, только в парке поломку могут исправить.

Водители за хорошую проходимость в шутку называют трамвай танком: «Тридцать-сорок лет назад были настоящие зимы, не то что сейчас. Снег не убирали. Улицы были завалены, а рельсы — и подавно. Вагончик за счет массы разрезал пелену как раскаленный нож масло. Помню, станешь одной ногой на педаль безопасности (иначе трамвай не поедет), а другой — на решетку (опускалась во время аварийной ситуации), и поехала! Снег разбрасывался в обе стороны. Красиво!»

Наступление зимы означало не только красоты за окном, но также суровые холода. Водителям трамваев доставалось. Наша героиня рассказывает, что в кабине сквозило изо всех щелей: «У меня была кроличья шуба. Коленки в нее оберну, варежки надену, в валенки газет натолкаю, чтобы теплее было, и еду. Обогреватель обдувал лобовое стекло. Лицо горит, а в ноги холодно. Сколько мы сапог попортили! Ставишь ногу на ТЭН (еще один обогреватель находился внизу), а подошва плавится».

Сейчас за Ниной Кунец числится АКСМ-743. Единственный в своем роде первый представитель сочлененного трамвая от «Белкоммунмаша». Старичку (по трамвайным меркам) уже 16 с половиной лет. А для женщины предстоящее расставание — настоящий стресс: «Это ж мой красавчик! Посмотрите, какой салон просторный... Таких больше нет. Я бы его реконструировала — еще столько же отработал бы».

Когда речь заходит о вагончике, на лице нашей собеседницы появляется улыбка, голос становится вкрадчивым. Так матери говорят о любимом ребенке: «С трамваем нужно как с человеком слиться, прочувствовать... Понять, как он разгоняется, как тормозит... Нужно понимать, что ему тоже тяжело бывает. Значит, требуется больше времени дать для разгона, не давить, не торопить. Никто ж этого не любит. Так и вагон».

В парке говорят, что этот трамвай признает только Нину Кунец (и ее сменщицу), а стоит сесть в кабину другому водителю — сразу капризничает, ломается, просится на техобслуживание.

— Дело в отношении, — не соглашается женщина. — Если на линии что-то происходит и начинаешь волноваться, подгонять, то обязательно что-то пойдет не так — соленоиды не накладываются, группа отключается, трамвай буксует, юзит. Тогда я про себя говорю: успокойся, возьми нервы в кулачок, и сразу все нормализуется.

Менялся город, менялись пассажиры...

— Первый самостоятельный выезд? Конечно помню! Это было 16 декабря 1980 года, — задумывается водитель. — Он стал счастливым днем для меня. Никогда бы не подумала, что проработаю сорок лет. Они пролетели как четыре года. Жалею? Нет, ни капли.

Начинала работать Нина Кунец на маршруте ДС «Озеро» — Волгоградская (позже его продлили до Зеленого Луга).

Трамваи ходили громыхая на неровностях, каждое утро сонные пассажиры штурмовали подножки, а тем временем вокруг менялся город. Частный сектор отступал, сдаваясь под напором многоэтажек, улицы заполнялись машинами, вагоны пустели.

— Мне грустно, если едешь, а в салоне почти никого нет, — признается женщина. — Зачем? Для кого? Но график...

Как говорит наша собеседница, у нее нет любимых маршрутов. Каждый по-своему хорош. Например, «пятерка» запомнилась еще в те времена, когда водители объявляли остановки. Динамики хрипели, шипели, выдавая что-то нечленораздельное. «А мне нравилось объявлять „Остановка «Севастопольская»“. Красивое название...» — ностальгически улыбается героиня.

А когда трамвайные пути на ул. Варвашени (теперь пр. Машерова) проходили непосредственно возле военного госпиталя (позднее их перенесли, сделав обособленными), девушке удавалось знакомиться с солдатами, находившимися на лечении.

— Они — из окон, а мы — из трамвая, — вспоминает женщина. — Молодые ж были...

Чуть дальше, где сейчас находится военное кладбище 1914—1918 годов, располагался Сторожевский рынок. Туда с самого утра в выходной день спешили аквариумисты, мальчишки за кормом для попугаев. Продавалась и живность покрупнее.

— Мы ж поросят возили! — усмехается Нина Кунец. — Смотришь, садится покупатель с визжащим мешком. Тогда было много частных домов и люди держали живность. Это никого не удивляло.

Постепенно частный сектор вдоль Старовиленского тракта уступил место посольствам и жилым комплексам. Менялась не только архитектура, но и пассажиры.

— Прежде люди были добродушные и проще, что ли, — задумывается водитель. — А сейчас пассажиры как будто неповоротливыми стали. Особенно молодежь — уткнется в смартфоны и щупает ногой подножку, не отрывая взгляда от экрана.

Скоростная линия в Сухарево — это же реально?

Когда разговор заходит о нынешнем состоянии и перспективах минского трамвая, наша собеседница заметно грустнеет. По ее мнению, общественный транспорт должен получить приоритет в городе: «Подъезжаешь к Логойскому тракту с запасом, а на конечную все равно приходишь с опозданием. Трамвайчику же на светофорах дают 10—15 секунд, это время для проезда одного вагона. Стоя на красный, мы тратим очень много времени».

«Если бы нам дали зеленую волну, трамвай мог бы составить конкуренцию метро. Вагоны могут развивать скорость до 60 км/ч. Это обособленное полотно. Пассажирам быстро и безопасно»

Нина Кунец вспоминает один из главных аргументов тех, кто ратует за развитие трамвайной сети, — экологичность: «Все хотят дышать свежим воздухом. Но куда ни глянь — кругом курят, машин полно...»

С воодушевлением наша героиня рассказывает о недавнем опыте — управлении «Метелицей». Считает, что такие трамваи могут стать транспортом будущего: трогаются плавно, скорость развивают приличную, выглядят на пять баллов! Кажется, это и надо пассажирам? Чтобы быстро и комфортно...

В конце разговора женщина, вздыхая, говорит о своей самой сокровенной мечте: «Хочется на новом вагоне проехать по скоростной линии, которую обещают запустить в Сухарево. Это же реально, правда?»

Читайте также:

Библиотека Onliner: лучшие материалы и циклы статей

Auto.Onliner теперь в Telegram! Присоединяйтесь!

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by