О чем эта статья

• Почему «Песняров» сравнивали с The Beatles
• Как будущего лидера «Песняров» отчислили за любовь к джазу
• Как драка в вокзальном туалете привела Мулявина в Минск
• Народные песни, изменившие музыку Мулявина
• Выступление, после которого о «Песнярах» узнал весь СССР
• Почему «Песняров» слушал весь Советский Союз
• Американские гастроли по ту сторону «железного занавеса»
• Почему к 1990-м «Песняры» потеряли былую популярность
• Что произошло в день аварии Владимира Мулявина
• Каким водителем был Владимир Мулявин
• О чем говорил Мулявин в последнем интервью

Почему «Песняров» сравнивали с The Beatles

Мулявина нет уже больше 20 лет, а песни «Песняров» все еще собирают сотни тысяч просмотров и комментарии от людей разных поколений. Кто-то включает «Беловежскую пущу» из ностальгии, кто-то впервые находит «Малiтву» на стихи Купалы и удивляется, насколько современно она звучит даже сейчас.

В начале 1970-х Мулявин сделал почти невозможное: превратил белорусский фольклор в музыку, которую слушал весь Советский Союз. На фоне тогдашней эстрады «Песняры» вообще выглядели необычно. Пока одни пели выверенные советские шлягеры, у Мулявина на сцене были длинные волосы, рок-гитары, народные мотивы и белорусский язык, который для многих зрителей за пределами БССР звучал почти экзотически. Неслучайно западные журналисты позже сравнивали ансамбль с The Beatles — только с белорусским фольклором вместо британского рока 1960-х.

При этом Мулявин не пытался делать «музей народной песни». Он собирал старые мелодии и тексты, а потом превращал их в современную музыку. Так появились песни, которые знали далеко за пределами Беларуси — от «Касіў Ясь канюшыну» до «Александрыны» и «Чырвонай ружы».

И, пожалуй, самое удивительное в этой истории — то, что человек, фактически заново открывший огромной стране белорусскую песню, сам белорусом не был. Владимир Мулявин родился за тысячи километров от Минска — в Свердловске, на Урале.

Как будущего лидера «Песняров» отчислили за любовь к джазу

Отец Владимира Мулявина работал на «Уралмаше», мать была швеей. Семья жила небогато, но музыка дома звучала постоянно: играли на балалайке, домре, гитаре, пели вместе.

Гитару Владимир взял в руки еще подростком. Денег на музыкальную школу у семьи не было, поэтому он занимался в кружке при заводском Доме культуры. Позже, когда отец ушел из семьи, Мулявин даже подрабатывал музыкой: играл в поездах и переходах, чтобы помочь матери прокормить детей.

После школы он поступил в Свердловское музыкальное училище на отделение струнных инструментов. Но примерным студентом не был. Молодого музыканта всерьез увлек джаз — музыка, которую в конце 1950-х советские преподаватели часто воспринимали чуть ли не как идеологическую диверсию. Мулявин слушал западные пластинки, интересовался новыми аранжировками и хотел играть совсем не так, как было принято в академической среде.

В какой-то момент это закончилось отчислением. Формулировка звучала почти анекдотично: «за преклонение перед западной музыкой». Позже Мулявина восстановили, но учебу он в итоге так и не закончил.

Зато его приняли на работу в Тюменское областное концертно-эстрадное бюро. И началась совсем другая школа — гастрольная. В конце 1950-х — начале 1960-х Мулявин ездил по филармониям Сибири и Урала, выступал в Тюмени, Томске, Кемерово, Чите, Петрозаводске. Играл самую разную музыку. Тогда же он познакомился со своей будущей женой, артисткой Лидией Кармальской.

В те годы Мулявин еще вряд ли мог представить, что вскоре окажется в Минске и станет человеком, который фактически заново познакомит огромную страну с белорусской песней.

Как драка в вокзальном туалете привела Мулявина в Минск

В Минск Мулявин попал в 1963 году — благодаря случаю. Позже музыкант вспоминал, что все началось с драки в вокзальном туалете Томска. Несколько хулиганов попытались отобрать у него часы, завязалась потасовка. Вмешался незнакомый парень, который позже представился акробатом Александром Ван Ли.

Разговорились. Новый знакомый рассказал, что собирается устраиваться в Белорусскую государственную филармонию, и предложил Мулявину ехать вместе с ним в Минск. Тот неожиданно согласился.

Работу в минской филармонии Мулявин получил во многом благодаря жене — Лидии Кармальской. Она выступала в редком жанре художественного свиста и в Союзе считалась артисткой почти уникальной специализации. В филармонию сначала пригласили именно ее, а уже потом нашлось место и для Мулявина — в аккомпанирующем квартете.

Минск супругам понравился сразу. После гастролей по Сибири и Уралу город казался витриной благополучия: полные магазины, хорошая одежда, спокойная атмосфера.

Позже дочь музыканта Марина вспоминала историю, которую в семье любили пересказывать. В первый же день Мулявин случайно оставил чемодан на вокзале и вспомнил о нем только через несколько часов. Вернувшись, он был уверен, что вещей уже нет. Но чемодан стоял на том же месте.

«Вот это люди. Я остаюсь здесь жить и работать», — сказал тогда Мулявин.

Народные песни, изменившие музыку Мулявина

В середине 1960-х Мулявина призвали в армию. Служил он под Минском, но музыку не бросил: прямо в роте собрал вокальный квартет. Именно там Мулявин познакомился с музыкантами, которые позже войдут в первый состав будущих «Песняров».

В те годы Мулявин все еще был человеком скорее из мира джаза и западной музыки. Но в Беларуси его неожиданно захватил совсем другой материал — народные песни. Позже музыкант вспоминал, что белорусский фольклор буквально перевернул его представление о том, какой может быть современная музыка.

Особенно его поразило многоголосие и мелодика старых песен. Мулявин начал ездить по белорусской глубинке, слушать народных исполнителей, собирать записи и тексты. Чтобы лучше понимать песни, учил белорусский язык. Причем интересовало его не «музейное» народное творчество, а то, как все это может звучать на современной сцене.

В конце 1960-х при ансамбле «Лявонiха» появился коллектив «Лявоны» — прямой предшественник «Песняров». Уже тогда Мулявин активно экспериментировал с аранжировками: соединял народные мелодии с роком, электрогитарами, джазовыми гармониями и сложным многоголосием. Для советской эстрады это звучало необычно.

Выступление, после которого о «Песнярах» узнал весь СССР

К 1970 году ансамбль уже несколько лет выступал в БССР, но за пределами республики о нем почти никто не знал. Шанс все изменить появился, когда коллектив отправили в Москву на IV Всесоюзный конкурс артистов эстрады. Незадолго до поездки «Лявоны» переименовали в «Песняров».

Причем ехали музыканты туда вовсе не как главные звезды программы. Изначально ансамбль рассматривали скорее как аккомпанирующий коллектив для Лидии Кармальской — жены Мулявина, выступавшей с номерами художественного свиста. Больших надежд на молодых «Песняров» никто не возлагал.

Все изменилось за несколько минут.

Позже музыкант Владимир Николаев, который тогда наблюдал за выступлением из зала, вспоминал реакцию публики:

«После первой их песни зал словно окаменел. Не то что аплодисментов — не было ни одного хлоп­ка. Артисты растерянно смотрели со сцены, а зрители — на них. Так продолжалось несколько бесконечных секунд. А потом зал взорвался таким громом, какого стены Театра эстрады не слышали, наверное, никогда. Это было всеобщее потрясение!»

Самого выступления на конкурсе в открытом доступе, похоже, нет. Зато сохранилась запись большого концерта ко Дню советской милиции, состоявшегося всего месяц спустя. Там «Песняры» исполнили две песни — «Темную ночь» и «Рушнiкi».

Особенно публике запомнилась песня «Ты мне вясною прыснілася». В итоге ансамбль получил вторую премию конкурса. Первую в тот год жюри вообще решило никому не присуждать.

Но главный результат был даже не в наградах. Конкурс показывали по телевидению, и после эфира о «Песнярах» узнал весь Советский Союз.

Когда музыканты вернулись из Москвы и отправились на гастроли в Гомель, поклонники у местного Дома культуры едва не вынесли двери. Еще вчера малоизвестный ансамбль из Минска за несколько дней превратился в одну из главных музыкальных сенсаций страны.

Почему «Песняров» слушал весь Советский Союз

Гастроли «Песняров» быстро стали почти бесконечными: ансамбль мог давать по два-три концерта в день, а пластинки выходили огромными тиражами. Только в 1975 году их суммарный тираж достиг 45 миллионов экземпляров. «Беловежская пуща», «Белоруссия», «Александрына», «Вологда», «За полчаса до весны» — эти песни знала буквально вся страна. Они звучали из радиоприемников и открытых форточек — от Клайпеды до Владивостока.

Для многих слушателей за пределами БССР «Песняры» вообще стали первым знакомством с белорусской культурой. Рассказывали даже, что люди специально покупали русско-белорусские словари, чтобы понимать тексты песен.

В перерывах между гастролями Мулявин вместе с композитором Игорем Лученком ездил в фольклорные экспедиции по Полесью, записывал старые песни и собирал народные мелодии. А потом перерабатывал их так, что они начинали звучать как современная рок-музыка. Именно так появилась «Касіў Ясь канюшыну», позже ставшая всесоюзным хитом и попавшая в мультфильм «Ну, погоди!».

По-новому у «Песняров» зазвучали и белорусские классики — Купала, Колас, Богданович. Сам Мулявин объяснял успех такой музыки просто: песня остается современной, пока говорит с людьми о вещах, которые понятны всегда — любви, разлуке, радости или боли. Нужно было лишь найти для старых текстов новое звучание.

Американские гастроли по ту сторону «железного занавеса»

В 1976 году группа первой среди советских музыкальных коллективов отправилась на гастроли в США — по ту сторону «железного занавеса».

Американский тур оказался успешным. «Песняры» объехали 15 штатов, а концерты проходили с аншлагами.

«Наш менеджер Сид Гаррис сделал нам рекламу, как у The Beatles. Когда Гаррис провожал нас в аэропорту, он стал на колени, стукнулся головой о пол и сказал: „Ребята, я заработал на вас миллион долларов за такой короткий срок!“» — вспоминал ту поездку вокалист Леонид Борткевич.

После гастролей американская сторона даже предложила «Песнярам» мировой тур. Но в СССР идею не поддержали. Власти опасались, что музыканты начнут петь западные песни или вообще решат остаться за границей.

«Но мы бы никогда не остались! — говорил Борткевич. — Потому что все были патриотами, пели о родине, о ее красе, о своих девчонках. Да и американцы не поняли бы нас. Мы были интересны и ценны своим колоритом. Когда мы перевели на английский язык песню „Крик птицы“, то это была единственная песня, которая не прошла никак. Они просто не поняли, что это было».

Почему к 1990-м «Песняры» потеряли былую популярность

Но уже к середине 1980-х популярность «Песняров» начала спадать. Времена менялись: из подполья рвался русский рок, молодежь все сильнее увлекалась западной музыкой, а вокально-инструментальные ансамбли с их советской эстетикой стремительно выходили из моды. К началу 1990-х романтики из «Песняров» уже не могли собрать полные залы.

Кризис усугублялся и проблемами самого Мулявина. Музыкант тяжело переживал перемены, много пил, иногда срывал концерты и не мог подняться на сцену. Наконец, в 1998 году случился раскол. Почти все музыканты ушли и основали ансамбль «Белорусские песняры», а Мулявин, собрав волю, создал новый состав группы и продолжил выступать с ним до той роковой аварии, случившейся в мае 2002 года.

Что произошло в день аварии Владимира Мулявина

14 мая 2002 года в Беларуси отмечали Радуницу — день поминовения усопших. Владимир Мулявин проводил выходной на своей даче в деревне Лапоровичи у Минского моря. Туда музыкант часто уезжал из Минска — за тишиной и возможностью спокойно работать.

После полудня он сел за руль своего Mercedes-420 и поехал в сторону столицы. Вскоре в дежурную службу ГАИ поступил звонок: на трассе Заславль — Колодищи машина вылетела с дороги и врезалась в дерево.

Один из водителей, оказавшихся на месте аварии, позже вспоминал:

«Когда мы подъехали, Мулявина уже увезли на скорой. Мерседес был в таком состоянии, что я даже не сразу определил марку. Практически весь салон был сплюснут. Удар был столь силен, что одно дерево сломалось, а на другом Мерседес буквально повис».

Сразу после аварии Мулявин оставался в сознании, но почти не мог двигаться. В больнице ему сделали срочную операцию, однако травма шейного отдела позвоночника оказалась слишком тяжелой — врачи диагностировали паралич рук и ног.

Следствие установило, что Mercedes ехал со скоростью не менее 130 км/ч, а длина тормозного пути составила около 70 метров. При этом дорога была сухой и без серьезных дефектов. Рассматривались две версии: либо машину занесло при резком торможении в повороте, либо Мулявин пытался обогнать другой автомобиль и потерял управление.

Каким водителем был Владимир Мулявин

После аварии многие задавались вопросом: каким водителем вообще был Мулявин? Любил ли скорость, мог ли рискнуть за рулем?

В одном из давних интервью «Комсомольской правде» руководитель «Песняров» признавался в своем увлечении скоростью. «Я очень давно вожу машину, — говорил он. — Для меня это средство передвижения. Я не нарушаю правил. Раньше гонял очень сильно. Два или три раза попадал в аварии. Слава Богу, все обошлось без травм. Надо быть осторожнее».

И еще один фрагмент из того же интервью: «Когда я получил права, мы были очень популярны. Мы дали концерт, и нам просто вынесли удостоверения и вручили. Никто не умел ездить, все после этого купили автомобили и учились. Я, например, точно учился, мне показали, где тормоз, сцепление, газ. Я ночью выезжал по трассе, мне необходимо было от дома до работы доехать, да и других дорог я не знал. Потом уже, через год, я начал более-менее кататься. Проблем с гаишниками никогда не было. Это такие же люди. Если поговоришь нормально, тебя поймут, даже если скорость превысишь. И всегда расставались хорошо».

Автомобили Мулявин любил. Долгое время ездил на белой «Волге» с красным салоном, сделанным по спецзаказу на Горьковском автозаводе. Позже пересел на Mercedes-420. Был у музыканта и старый американский Chevrolet, на котором возили аппаратуру и ездили на гастроли.

После смерти Мулявина машины остались на даче в Лапоровичах и со временем были разграблены. Автомобильный реставратор Николай Демидов позже пытался выкупить хотя бы сохранившиеся остовы «Волги» и Chevrolet, чтобы восстановить их как часть истории «Песняров». Но к тому моменту автомобили уже исчезли. От того самого Chevrolet осталось лишь одно крыло, случайно найденное на авторазборке под Минском.

Без хозяина быстро пришла в упадок и дача. Это был довольно скромный деревянный дом, обложенный кирпичом. На втором этаже находился кабинет Мулявина с видом на Минское море. В углу стояло пианино, на чердаке хранились старые афиши, ноты, фотографии, письма поклонников. И дом, и машины во дворе — при определенных условиях все это могло бы стать музеем. Однако идея, которая витала в воздухе, видимо, не нашла поддержки, и наследники продали участок. В 2016 году дом снесли за один день. Сейчас на его месте стоит современный коттедж.

О чем говорил Мулявин в последнем интервью

Владимир Мулявин умер 26 января 2003 года — на 63-м году жизни, спустя восемь месяцев после аварии. Все это время он провел в больницах: сначала в Минске, потом в Москве. Подвижность ног так и не вернулась, но пальцы рук начали понемногу двигаться. Это давало надежду. Мулявин упорно разрабатывал руки с помощью теннисного мячика и верил, что сможет вернуться домой и снова заниматься музыкой.

Но организм, ослабленный тяжелой травмой, не выдержал сердечных приступов, следовавших один за другим.

В больнице Мулявин почти никого к себе не пускал — не хотел, чтобы его видели беспомощным. За все месяцы лечения он дал лишь одно интервью — своему другу, украинскому писателю Михаилу Маслию. Они встретились в декабре 2002 года, незадолго до смерти музыканта.

Во время разговора Мулявин вспоминал и день аварии. О случившемся он рассуждал спокойно и даже философски: «Случилось то, что должно было случиться. От судьбы не уйдешь. У каждого все расписано».

Он говорил, что после аварии стал совсем иначе смотреть на жизнь и ее хрупкость. «Все мы ходим по лезвию. Одно неосторожное движение — и тело полностью парализовало».

Несмотря ни на что, Мулявин продолжал строить планы и надеялся когда-нибудь взяться за мемуары: «Я чувствую, что могу сделать еще очень много. Были бы силы».

Но интервью, в котором он произнес эти слова, оказалось последним.

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by