Кто что нарушил? Суд разбирается в обстоятельствах «очевидного» ДТП с участием спасателей

36 437
233
14 декабря 2017 в 8:00
Автор: Андрей Рудь

Кто что нарушил? Суд разбирается в обстоятельствах «очевидного» ДТП с участием спасателей

«Полностью признаю себя виновным», — без паузы отвечает 48-летний охранник Виктор Кротов на протокольный вопрос суда в самом начале первого заседания. 4 мая у деревни Ситня он на своем Seat Alhambra сбил двоих спасателей, которые прибыли на тушение автовоза. 26-летний пожарный тогда погиб, его 21-летний коллега получил тяжелые травмы. Из скудных формулировок, которыми изначально описывалось ДТП, картинка вырисовывалась очень схематичная, если не сказать простая. Тушили, ехал, сбил… В суде выясняется, что не все однозначно в этой трагедии. Как, впрочем, в любой.

«Хотел объехать»

Дело рассматривает суд Калинковичского района. Родные погибшего пожарного Игоря Бреля и его выживший коллега Дмитрий Брусницын внимательно слушают, что скажет человек, находившийся в то утро за рулем.

Виктор работает охранником на одном из больших предприятий Мозыря. После ДТП находится под подпиской о невыезде. Перечисляет суду анкетные данные: есть маленькая дочь и сын-подросток. Жена умерла незадолго до событий у Ситни.

Вспоминает то утро. В начале пятого выехал из дома, заехал за матерью своей жены, чтобы отвезти на вокзал встречать ее сестру.

— Небо только светлеть начинало, я ехал с ближним светом. Увидел впереди слева большегрузную машину с сигнальными огнями. Подумал, может, фура сломалась. Но препятствий не видел. Потом только заметил движение передо мной, метрах в тридцати-сорока. Я вправо, на обочину, чтоб объехать. А она узкая, и обрыв там. Принял влево, чтобы не свалиться, меня занесло, сбил людей. Остановился, побежал к одному, к другому. Слышал, что спасатели вызывали скорую. Я потом еще грузить помогал…

Виктор говорит, что ехал 80—90 километров в час. Эксперты позже уточнили: не менее 94,4 км/ч при разрешенных на этом участке 90. Каким образом можно было не успеть среагировать на людей в пожарной экипировке, облепленной отражателями? (К иным способам обозначения места тушения пожара суд еще вернется.) Обвиняемый, похоже, сам пытается это понять.

— Да нет, не уснул… На мобильник не отвлекался, радио не крутил, не любитель я такого… Проявил невнимательность.

Природа этой «невнимательности» остается загадкой для суда. Если верить объяснению, бывший офицер с 26-летним водительским стажем и категориями A, B и C, трезвый, на ровной сухой двухполоске просто обязан был среагировать на неясную обстановку впереди. Ведь вдоль дороги, частично на проезжей части стояли несколько грузовиков, машины МЧС, были разложены пожарные рукава.

Сам Виктор сейчас, похоже, склонен соглашаться со всем, что ему вменяют. Адвокат пытается уточнить у подзащитного, в чем конкретно он признает себя полностью виновным. Тот принимается пересказывать ПДД — не принял мер, не предотвратил, должен был увидеть, раскаиваюсь…

Есть еще одно обстоятельство: Seat на тот момент не имел отметки о гостехосмотре. Владелец объясняет, что «поддерживал машину в исправном состоянии», но пройти ТО не позволяло материальное положение, временно, конечно же. Сам, похоже, понимает, что такое объяснение вообще не звучит.

Проклятое ведро

Утром 4 мая пожарный Дмитрий Брусницын отправился на вызов «вторым ходом» — после того, как поступило сообщение, что у Ситни произошло возгорание автовоза. На месте выяснилось, что открытого огня нет, дымится заднее колесо грузовика.

Дмитрий до сих пор ходит, опираясь на трость, но на вопросы суда отвечает стоя, садиться отказывается. Недавно с его костей сняли металлические крепежи, надо продолжать лечение. До этого были операции, месяцы в больницах.

— Когда мы приехали, там уже была пожарная автоцистерна, которая поехала раньше, «первым ходом». Вдоль дороги стояли и другие фуры. Кто-то из наших сказал водителю грузовика выставить аварийный знак.

«Первым ходом» на вызов отправился Игорь Брель, которому в это утро суждено было погибнуть. В дальнейшем каждое действие, о котором рассказывает Дмитрий, каждое мелкое недоразумение на миллиметр приближало трагедию.

Пожарный говорит, что к его прибытию с задымлением уже в основном справились. Решили дополнительно «пролить» колесо, от которого еще шел не то пар, не то дым. Первая автоцистерна к этому времени уже опустела, но воду из второй машины решили не расходовать. Дмитрий объясняет, что это целесообразно на случай другого срочного вызова — не придется тратить время на заправку. Вдоль дороги идет мелиоративный канал, к нему и потащили мотопомпу, подготовили пожарные рукава. Потом вспомнили, что не взяли ведро, которое нужно, чтобы залить в насос воду и создать давление. Отправились с Игорем обратно к машине.

— Поднимались со стороны канала — это последнее, что помню. Очнулся в больнице, — обрывает рассказ пожарный.

Игорь умер через несколько часов после наезда. У него остался маленький сын.

Как должно быть?

Суду предстоит разобраться, как вообще было обозначено место ликвидации пожара. И как должно быть на самом деле. Вызванные на заседание другие рядовые участники того выезда вспоминают то утро по-разному. Выдвигают разные предположения о том, как следовало обозначить это место. Кто-то говорит, что маячки на пожарной машине «точно работали все время». Кто-то не так уверен, пускается в долгие и непонятные рассуждения.

Единственное сохранившееся видео с места ДТП появилось в широком доступе уже после начала судебного процесса. На записи с регистратора, который был установлен в грузовике, видно, что мигает только аварийка пожарной автоцистерны. В нескольких метрах от нее на асфальте стоит «треугольник». Со слов спасателей, это тот самый, который велели выставить водителю «горевшего» автомобиля — он и принес. Для движения транспорта доступна одна полоса из двух.

Водитель автоцистерны после долгих «пыток» о том, как была укомплектована его машина, признается: «Согласно описи». Но конусов с отражающим покрытием в описи, с его слов, не имелось, «потому что не сталкивались с такой ситуацией». Ограждающая лента была, но ее «не к чему было привязать». Кроме того, полагают пожарные, использовать ее в данном случае было невозможно, так как она помешала бы проезду машин.

Наслушавшись этих версий, адвокат Виктора Кротова предлагает суду истребовать ответ о том, какие меры приняты ведомством после происшествия 4 мая. Суд ходатайство удовлетворяет.

«Буду помогать»

Виктор Кротов говорит, что после ДТП пытался пообщаться с вдовой погибшего пожарного, но контакта не получилось. Тогда же звонил матери находившегося в реанимации Дмитрия, предлагал чем-нибудь помочь. Перевел 200 рублей на лечение.

Ясно, что этим всем дело вряд ли ограничится, потерпевшим предстоит сформулировать требования по возмещению вреда.

Что касается уголовного дела за нарушение ПДД, повлекшее по неосторожности смерть или тяжкие телесные повреждения, то Светлана, вдова Игоря, непреклонна:

— Хочу, чтобы ему назначили лишение свободы на максимальный срок. Почему так сурово? В данном случае это не суровое наказание. По-настоящему суровое законом не предусмотрено.

Дмитрий считает, что достаточно условного срока и лишения права управления транспортом.

Не спрятаться

Место происшествия у деревни Ситня нынче отмечено букетиком, который оставили родные Игоря. Здесь и раньше гибли люди — в паре сотен метров от места последней трагедии стоит крест с символической оградкой, напоминание о другой давней аварии — в лобовом столкновении машин тогда погибли трое.

Кроме букета да креста — ни куста, ни дерева, ни строения. Только прямая, как палка, дорога с хорошим асфальтом и разметкой да поле — спрятаться не за чем, даже если захочешь. Лишь с одной стороны расположен спуск к мелиоративному каналу — оттуда появились пожарные, прежде чем на них наехал Seat.

Утром 4 мая вдоль дороги здесь стояли как минимум пять больших автомобилей. Рядом перемещались около 9 человек в одежде и шлемах с отражающими элементами. Поперек этой проезжей части лежали пожарные рукава, прикрытые специальными мостиками для защиты от колес проезжающих автомобилей, — периодически пожарные выходили поправлять эти мостики.

С одной стороны, не заметить такое оживленное место даже в темноте сложно. С другой — без должного обозначения не так-то просто понять на скорости (тем более, если она превышена), что здесь работают пожарные.

Суд Калинковичского района продолжает разбираться в этом «очевидном» деле.

Читайте также:

Быстрая связь с редакцией: читайте паблик-чат Onliner и пишите нам в Viber!

Автор: Андрей Рудь
ОБСУЖДЕНИЕ